Отстегиваю ремень безопасности и на парня смотрю, видя, что он повторяет все мои движения. Вроде не собирается меня бросать. Бурчит себе под нос что-то о молодом возрасте и ненаписанном завещании, но ключи из замка зажигания всё же вынимает.
Убедившись, что он вылез из тачки вслед за мной, я как-то немного расслабляюсь. Все-таки не хотелось мне, чтобы парень меня одну бросил и в закат свалил. У мамы бы вопросов стало в разы больше. А к чему это, если я даже на самые элементарные уже не знаю, что ответить?
Натягиваю улыбку на лицо и прыжками резвой барашки с распростертыми объятиями бегу в сторону своих.
— Мамуля моя, как же я рада тебя видеть, — целую родительницу и всем корпусом верчусь, мешая ей на подходящего Суханова смотреть. — Как соскучилась. Замерзли, да?
— Ты жених моей сестры? — Детский голос заставляет меня напрячься.
— Марусь, — отрываюсь от мамы, чтобы сестру на руки взять. — Какой жених? Ты чего? Просто сосед. — А сама на маму смотрю, ей же все-таки поясняю. И даже не вру.
— А он говорящий или как мой волк, которого надо по животу стукнуть, чтобы он петь начал?
— Я говорящий, — тут же отзывается парень, куртку застегивая.
Наверно, быть битым ему не особо хочется. — Добрый день. Я Назар.
— Маруся Игоревна, — важно представляется маленькое хулиганье, как принцесса, руку протягивая. Ну, Суханов был бы не Сухановым, если бы не поцеловал мокрую от снега варежку.
— Рад познакомиться с тобой.
— Назар, а это моя мама Оксана Николаевна.
— Здравствуй, Назар, — с улыбкой говорит мама.
Фух, пронесло. Вопроса в лоб: «кто ты такой» не последовало. Может, не всё так плохо?
— Рад познакомиться, Оксана Николаевна. Кре… Полина много о вас рассказывала, — вежливо отвечает блондин, совершенно не понимая, что только что дал родительнице пистолет и поставил нас к стене бетонной.
— Правда? Когда она успела?
— Так в машине, мамуль. Я Назара около остановки встретила, и он предложил подвезти. Ну, пока ехали и разговорились. Правда же, Назар? — и пусть, сквозь зубы сказала.
Нас двое, мама одна. Если мы будем говорить одно и тоже, доказать нашу виновность невозможно. Вердикт: оправданы.
Маруська, которая и не думает с рук моих слезать, наклоняется к уху:
— Даже я в это не верю, систер.
— Марусь, пожалуйста, молчи.
— Торт, машинка и пульт от телевизора.
— Что это?
— Твой шанс от мамы не получить. Ну и глупые вы, взрослые. Смотри, как надо…
Кнопка спрыгивает на землю и к маме идет, Суханову подмигивая.
Чего? Во дает, мелочь.
