Решил посмотреть, что происходит, ну и застал мамину бойню с вредителем хвостатым.
— Маленькая ты у меня еще. Ничего не понимаешь.
Может быть. Кстати, папа тогда испугался, он сам об этом мне рассказывал, а чего крокодилу-то бояться?
Пока она отвлеклась, я решила не терять времени и, запустив в сумку хитрую ручонку, вытянула из нее пакет с… морковкой, блин. Эх, кажется, чтобы получить сдобу, которая, судя по запаху, там имеется, мне придется и дальше объясняться.
— А ты помнишь, как Виталичка в детстве говорил, что замуж тебя возьмет, когда ты игрушки у него отбирать перестанешь?
— Не помню.
— Я вообще про этого Виталичку разговаривать не хочу. — Мам, да будь человеком, накорми дочь.
Я тут слюной уже давлюсь, а она всё бу-бу да бу-бу.
Мне в руки падает ароматная булочка с корицей, а за ней следом маленький термос с компотом.
— Как не помнишь? Ты ему еще отвечала, что замуж за беззубого не пойдешь.
— Мамуль, — с набитым ртом говорю ей. — К чему эта экскурсия в детство? Ты же знаешь, Витал мне как брат, который всегда рядом был.
Сейчас не общаемся, да. Всё бывает.
— Может, просто он тебя как сестру не воспринимает и поэтому решил устранить соперника?
— Не знаю, что у него там в голове, но звонить вам было глупо. Мы давно уже не маленькие, чтобы к родителям с поводом и без бежать. Тем более, когда дело касается, так называемых соперников.
— Но мне Назар понравился. Хоть он и молчал, но в нем что-то есть.
— Ты когда это понять успела? Когда взглядом в него огурцы вместе с банкой кидала или когда стояла в стойке сумоиста, готового в любой момент задавить противника?
— В тот момент, когда на старшую дочь смотрела, которая в машине целоваться вздумала.
«О, великий и могущий Зевс, по старой дружбе кинь в меня свою молнию».
— Не целовались мы. Ты просто с дороги устала, вот и мерещится всякое. Назар он… он…
— Соринку из глаза доставал? — смеется эта беспардонная женщина. — Или ветка в волосах запуталась? В мое время так и оправдывались.
— Я обязательно бабушке об этом расскажу.
Пусть знает, чем дочь ее занималась. Ох, и стыдно кому-то будет. А Назар просто ремень поправлял. Там заклинило. Да, заклинило.
Доказать невозможно. А без доказательств и нет обвинения.
— Слабо верится.
— У меня свидетель есть. Суханов и подтвердит, что в его колымаге всё на честном слове держится.
Очень надеюсь, он не узнает, как я его машинку обозвала. А то он возбудит новое дело и из свидетеля превратится в обвиняемого, когда меня прибьет за ласточку свою.
