Ой, а как же пересмотреть отснятое?
Глядя девушке в глаза, тыкаю по заветной кнопке, другим пальцем громкость прибавляя на полную мощность.
Я никогда не обращала внимания на выразительный взгляд Любани.
Даже не знаю, что мне больше в глаза бросается, он или открытый рот и пунцовый цвет лица? Наверно, всё вместе. Ведь в этот момент я еле сдерживаю себя, чтобы не начать злорадствовать.
Угрозы? В век современных телефонов?
Главный вопрос: как можно было до такого додуматься? Да моя Маруська сразу бы отмела в сторону эту идею и придумала бы что-то оригинальное.
Конечно, никто не сомневался, что Любаня объявится. Но я почему-то ждала, что она это сделает красиво. Ну, в ее понимании, разумеется. Вот с вырванными волосами идея ничего так. Подкараулить и в столовой вместо сахара соль мне в чай подсыпать тоже нормально. Но тут…
Я разочарована."
"Так нельзя. Стоило подготовиться.
— Сейчас мы закончили? — спрашиваю у нее, когда видео останавливается и я телефон обратно в карман запихиваю. — Можно я все-таки пойду?
— А-ага.
— Класс. Отлично поболтали. Если что, ты знаешь, где меня найти. Только, чур, в следующий раз тему разговора я выбираю. Сама видишь, у тебя с этим явные проблемы.
Энергично стучу ей по плечу, вспоминая, как она меня ногтями хватала, и лунной походкой двигаю в сторону аудитории.
Эх, а Суханов сейчас и понятия не имеет, что я его отвоевала.
Что сказать? Мне даже обидно за него стало. За красавчика и воевать толком не пришлось.
Анька радостно встречает меня, сдвигая сумку в сторону и освобождая место.
Сажусь возле нее, боковым зрением улавливая Сычева, который сидит на несколько рядов ниже от нас и разговаривает с кем-то по телефону. Смотрю на парня и пытаюсь тоску в душе чем-то заткнуть. Может, права была мама, и мне следует поговорить с другом детства? Какая разница, что он там натворил, если я его всегда за брата своего принимала? Даже сейчас он всё равно продолжает оставаться моим Витамином, которого можно по башке треснуть и силой заставить извиниться.
И плевать, что он не хочет и виноватым себя не считает.
Разберемся.
Преподаватель просит Сычева пройтись по рядам и собрать все наши рефераты. Кажется, сегодня мой день. Сейчас парень подойдет, я с ним поздороваюсь, и можно будет проставляться бодяжным чаем за возобновление старой дружбы.
— Что с лицом? — Алипатова заглядывает за мою голову, наблюдая за приближением Виталика. — Он опять что-то сделал?
Ох, хорошо, наверно, что я Аньке ничего не рассказывала.
