Тебя спасти? Диктуй Любанин номер, она вмиг прискачет и вытащит любимого.
— Вот ты бессердечная. Человек перед тобой душу вывернул, а ты по ней прыгаешь, как на батуте.
— Прости, не сдержалась. — Мило улыбаясь, снова к ручке тянусь. Сейчас как выйду. Как испугаю своим видом весь народ честной. Теперь-то точно меня все в лицо узнавать начнут. Спорю на сыр Ёлкина, что Алипатова предложит губы мне дверью прищемить для яркого оттенка и станет Гейшей Полиндрой называть. Так и будет. Я уверена. Ой, чего это я стоять здесь продолжаю? — Ну, я пошла.
Если спросят, говорим, что двоечники на универ два мешка с мукой с самолета сбросили, а мы жертвы. Запомнил?
— Ага, — отвечает заметно повеселевший Назар. — Только ведь не у меня одного память хорошая. Любаня тоже всё помнит.
— Она-то здесь каким ветром затесалась? Можешь ей об этом ничего не говорить. У каждой пары могут быть секретики.
И снова освещаю комнатушку улыбкой голливудской, ведь от нее Суханова косит немного. Вон как зыркает, стоит мне только про рыжую вспомнить.
Боится, что ли?
— Ох, там не ветер, ее торнадо притащил и сбросил. Но Любаня-то теперь думает, что мы с тобой голубки, летающие в одном направлении. Любовь, морковь, петрушка и все такое.
Во дела.
Значит, я тогда ушла, а он так и продолжил бедной Любке доширак на уши вешать? И как его гадом после этого не называть?
— Я ей прямо скажу, что длинноногий не в моем вкусе.
— Не всё так просто, моя прямолинейная пантера. Во-первых, почти каждый в институте подтвердит, что я тебе в любви признавался, а после ты ко мне в машину запрыгнула.
Во-вторых, что еще хуже, и не относится ко мне. Она думает, что ты внебрачная дочка того самого. В подружки набиваться начнет.
— Кого того самого?
— Того, — и пальцем в потолок показывает, губами «у-у-у» выдувая.
— Бога, что ли?
Чего он ржет, как конь?
— Ага. — Бедненький, да он от смеха сейчас лопнет. — Бога… Прости, но на ангелочка ты совсем не тянешь. За политикой следишь? Однофамильца своего знаешь?
— Не слежу.
— Да я и сам не особо, просто слышал, что губернатор у нас такой есть.
— Суханов, ты дурак? Какой еще к черту губернатор?
Мне интересно, как с таким длинным языком ему еще ноги не переломали?"
"— Ну, мне казалось, она решит, что я на связи повелся, поэтому и с тобой замутил. А для нее вся эта мишура важна. Вот и подумал, что она меня по-человечески поймет и отстанет.
— Отстала?
— Не совсем. Но теперь точно к тебе пристанет. Вот такие пироги получились.
