Король Масок. Том 2 (СИ)

У экспоната стояла высокая, стройная девушка с огненно-рыжими волосами, собранными в элегантную причёску. Она без эмоций смотрела на картину Светы, не сводя с неё взгляда.

Я её узнал. Александра Ломоносова, Суверен Церкви Архангела Рагуэля, одна из сильнейших Заклинателей планеты. Во время очередного нападения Демонов пожертвовала жизнью и спасла свой город, в одиночку уничтожив армию противника. Имя Святой Александры Ломоносовой навсегда осталось в веках.

Мия, проследив мой взгляд, сказала:

— Это Александра Ломоносова из клана топ-6.

* * *«Хрустальный Дворец», выставка Арнольда Бертхэма.

Александра внимательно разглядывала портрет девушки. Её привлекли упрямые глаза на полотне — девушка готова была сражаться за своё будущее. Она владела удивительной магией, способной стереть в порошок всех, кто посягнёт на её свободу.

Александра видела в картине свой идеализированный образ.

— Я хочу купить её, — тихо сказала она, отвлёкшись от полотна.

— Я договорюсь, — ответила её верная телохранительница. Она же — кормилица и няня, Магиня ранга «Магистр».

Александра ощутила чужой взгляд. Она повернула голову и заметила юношу, который внимательно смотрел на её.

Александра невольно вздрогнула. В этих глазах она увидела что-то потустороне-холодное, мистическое. На неё словно взирало высшее существо, способное своей волей кардинально изменить её судьбу.

Девушка моргнула, и наваждение исчезло. Она увидела обычного парня, который шутливо препирался с зеленоволосой девушкой.

Александра прикрыла глаза и ненадолго задержала дыхание, стабилизируя состояние.

И что это сейчас было?

* * *— Я тебя взял с собой, чтобы ты мужа нашла, — ворчал я на Алину.

— Не твоё дело, — фыркнула Алина.

— Ты же сама жаловалась на отсутствие женихов, когда я тебя на бал Булгаковых не взял.

— Я никогда не жалуюсь, — нагло соврала Алина. — И чего ты ко мне пристал вообще?

— А чего ты с нами торчишь? Могла бы сейчас кокетничать вон с тем импозантным мужчиной, например.

Алина посмотрела в ту сторону, куда я указал взглядом.

— Да ему же лет сто, — шёпотом возмутилась она.