Король медвежатников

Что там у тебя стряслось?

— Ничего страшного, — торопливо отозвался Константин, — просто замотался немного… ну и… Понимаешь, в Мордовии зэки одну зону разморозили. Вроде мы санкций не давали… Боюсь, что шухер большой по зонам пойдет, как бы все это боком нам не вышло. Менты начнут звереть, наших повяжут. А у нас крупные сделки намечаются…

— Понял тебя, — жестко перебил его Варяг. — Что еще?

— Да так, мелочи… С коптевскими какие-то непонятки получаются. Сухарь вроде скрыл деньги, на общак до смешного мало кинул.

— Хорошо, Костя, — подвел черту под разговором Варяг. — Вечером, в крайнем случае рано утром буду. Бывай. — Он отключил мобильник.

Почти тут же в его дверь постучали. На пороге тихо, как тень, возникла мощная фигура Григория.

— Владислав Геннадьевич, как вы? Тут Сергей кое-что для вас приготовил.

— Хорошо, Гриша. Жду его через часик. Мне тут отзвониться кое-кому надо, бумаги проглядеть. Через час. — Варяг вынул из «дипломата» кожаную папку.

Григорий исчез так же бесшумно, как и появился.

Несмотря на тревожные известия, Владислав был бодр и энергичен. Наверное, воздух родины помогает, улыбаясь, подумал он. Нет, в самом деле он чувствовал, что за эти дни расслабился и отдохнул. Нахлынувшие проблемы не казались ему такими уж неразрешимыми. И не такое видали, бывало и похуже, и то ничего, разруливали.

Он просматривал бумаги, звонил, время от времени бросая взгляд на часы.

Через час в его номер вошел Сергей.

— Владислав Геннадьевич, я к вам не с пустыми руками, — улыбнулся он. — Подробностями вас утруждать не буду, но…

— Что, подарок мне приготовил? — улыбнулся и Варяг. — Давай, порадуй…

Сергей выглянул в коридор, и через минуту в номер втолкнули здорового краснорожего мужика в тесном черном костюме. Костюм был изрядно помят, а яркий, какой-то немыслимой расцветки галстук съехал куда-то в сторону.

Несмотря на это, краснорожий грозно вращал налитыми кровью злыми глазами и злобно всхрапывал.

— Так вот ты какой — Мокей… — процедил Варяг, оглядывая мужика. — Не Мокей, а какой-то макак бесхвостый… Ну-ка, пускай покукарекает.

Григорий вытащил из пасти Мокея тряпье. Тот всхрапнул как-то особенно дико и разразился потоком бессмысленной и грубой ругани.