Король медвежатников

В вашем положении они будут весьма кстати.

Конверт столь же быстро скрылся во внутреннем кармане пиджака.

Прежде чем обратиться к Дюбаи, Савелий долго присматривался к нему и с удивлением вдруг понял, что эксперт далеко не тот человек, которого пытается играть. Безусловно, он был человеком высочайшего профессионализма, и вряд ли в Париже можно было бы отыскать специалиста более компетентного в искусстве, нежели он. И совсем не случайно лучшие музеи мира привлекали его в качестве эксперта для своих коллекций. Но вместе с тем он обладал едва ли не всеми человеческими пороками.

И просаживал в карты все свои сбережения. В силу стариковской немощи отношение к женщинам у него было особенным. Дюбаи предлагал женщинам раздеваться в своем присутствии, за что платил им немалые деньги. А так как он был человек с очень высоким художественным вкусом, то, как правило, на роль моделей привлекал самых очаровательных женщин Парижа, среди которых были известные модели и балерины.

Трудно сказать, какие слова он им нашептывал, чтобы уговорить на сеанс, но мало кто из них отказывался от предложения забавного старика.

Вольностей себе Дюбаи не позволял. Единственное, что он мог сделать, так это погладить ладошкой грудь понравившейся прелестницы.

Савелий посмотрел на разволновавшегося старика и произнес, пожав плечами:

— Даже и не знаю, куда вы деньги-то деваете.

— Коплю на черный день, — проговорил старик и плотоядно захихикал.

— Знаете, мне доставляет истинное удовольствие работать с вами, — произнес Барановский.

 — Я никак не думал, что вы сможете так скоро достать «Святого Луку». Право, я удивлен! Признайтесь мне, как вам удалось ее раздобыть. Вы подкупили слуг? Хотя не уверен: все слуги служат у графа по многу лет и очень преданы своему хозяину. — Барановский чуть отошел от картины и принялся разглядывать сочные краски.

— Давайте не будем гадать. Картина эта не украдена. Никто искать ее не будет, так что можете распоряжаться ею по собственному усмотрению.

— Вы и вправду необыкновенный человек.

Никогда не думал, что граф д\'Артуа решит добровольно расстаться с жемчужиной своей коллекции. Признаюсь, не ожидал… Не ожидал… А вы случайно не интересуетесь искусством? — неожиданно спросил Барановский.

Савелий показал рукой на картину:

— Как видите, пришлось.

— Понимаю. Значит, равнодушны. А я вот этим делом занимаюсь очень серьезно. В картинах великих мастеров есть что-то необыкновенное. А знаете, почему? — спросил он, бережно трогая полотно.