Королева Бедлама

И кстати, — добавил Мэтью, — я больше не желаю тратить на вас свое время.

Произнося эти слова вслух, он впервые осознал, что это действительно так. У него появились другие интересы и задачи: он работает в бюро «Герральд». И нечего больше разговаривать с этим злобным животным.

Осли выпрямился во весь небольшой рост (оставшись, впрочем, заметно ниже Мэтью) и попытался сохранить подобие достоинства. Выкатив вперед все свои многочисленные подбородки, он растянул рот в тонкой улыбке:

— Хочу, чтобы ты знал и зарубил себе на носу, малец: я победил.

Никто не посмеет свидетельствовать против меня. Ни вчера, ни сегодня, ни завтра. И почему же? Уж не потому ли, что все они — все до единого — знают, что получили по заслугам? О да. Они вообразили себя невесть кем, а я поставил их на место. Кто-то должен был это сделать! Кто-то должен был преподать этим дармоедам урок — да такой, чтоб запомнили на всю жизнь! Это моя работа, мое призвание!

Мэтью даже не пытался отвечать на эту пьяную тираду.

Гнев, еще два дня назад сжигавший изнутри его сердце, заметно поубавился. Мэтью начал сознавать, что жизнь еще впереди, со всеми ее возможностями и приключениями, а Эбена Осли следует оставить в прошлом. Да, пускай он избежал правосудия, пускай это несправедливо и неправильно, но Мэтью сделал все, что мог. Теперь он готов идти вперед.

— Я победил, — повторил Осли, брызжа слюной и с трудом разлепляя тяжелые веки. — Победил!

С этими словами он поплелся прочь, на запад по Баррек-стрит, помогая себе тростью.

Фонарь болтался где-то сбоку. Какое жалкое зрелище, подумал Мэтью, потом наконец опомнился, сплюнул на землю, чтобы избавиться от дурного привкуса во рту, и зашагал дальше на север.

Его немного трясло после встречи с Осли. Тот удар тростью, попади он в цель, мог бы запросто раскроить ему череп. Мэтью решил выкинуть эти мысли из головы и подумать о том, что теперь сказать Джону Файву. Может, вовсе пока ничего не говорить, а сперва проследить за преподобным Уэйдом еще разок? Интересно, что предложила бы миссис Герральд.

В конце концов, она эксперт в таких делах…

Он сделал еще шаг и замер.

Навострил уши. Ему померещилось — или где-то разбили стекло?

Звук донесся с Баррек-стрит.

«Фонарь Осли!» — осенило Мэтью. Пьяный дурак уронил свой фонарь.

«Я видел, что ты за мной следишь… Видел, как ты спрятался за угол», — говорил он.

Где-то на соседней улице залаяла собака.