Королева Бедлама

Глядите!

Мэтью представил, как адвокат подносит свечу поближе к своему лицу.

— Господи, мистер Кипперинг, вы меня напугали вусмерть! Я чуть не обделался со страху! Вы разве не слыхали, что человека опять убили — здесь, неподалеку? Я вас чуть не заколол, ей-богу!

Мэтью сообразил, что произошло. Констебль шел по переулку — вооруженный шпагой, судя по всему, — когда у него под ногами открылась дверца погреба.

— Да, сэр, Масочник опять взялся за свое! — воскликнул Винтергартен. — Перерезал глотку Эбену Осли и бросил его истекать кровью на Баррек-стрит! Но на сей раз и он свое получил! Эмори Коди его подстрелил, как пить дать!

— Эмори Коди? — переспросил Кипперинг.

 — Одноглазый старикан, который вечно у окна торчит?

— Он самый! Тут рядышком живет.

Пока они беседовали, Мэтью разглядывал старый сундук, на котором до этого сидел Кипперинг. Он подошел к нему, убедился, что замка нет, поднял крышку и обомлел. Когда потрясение немного улеглось, Мэтью подумал: «Вот ты и попался!»

— Посмотрите, Джайлс, — говорил Кипперинг.

 — Видите, тут, на ручке, кровь?

— Да, сэр. Да, сэр, с виду и впрямь кровь!

— Думаю, Масочник тут пробегал и оставил след. Может, хотел открыть эту дверцу, но она была заперта изнутри на засов. Вам сейчас не помешает пройтись по всему переулку и осмотреть другие погреба, да?

— Да, сэр, вы правы. Только сперва кого-нибудь на подмогу позову.

— Конечно. И будьте осторожны! Ах да, послушайте: передайте главному констеблю Лиллехорну, что я готов оказать ему всяческое содействие, ладно?

— Передам, сэр.

А вы отдыхайте, мистер Кипперинг, оставьте это дело профессионалам.

— Прямо читаете мои мысли. Доброй ночи, Джайлс.

Кипперинг запер дверь на засов и повернулся к Мэтью:

— Как я и думал: все кровавые пятна одинаковы. — Он перевел взгляд на раскрытый сундук. — Что вы хотели там найти? Маскарадный костюм?

— В сундуке лежит одежда, — сдавленно произнес Мэтью.

— Перчатки. — Мэтью показал ему пару перчаток — черных, из тонкой ткани.

— Вы потрясающе наблюдательны.

И от вашего внимания наверняка не укрылось, что вся одежда в этом сундуке женская. Платья, белье… — Кипперинг показал свою крупную ладонь, сделал два шага к сундуку и продемонстрировал Мэтью перчатку — она была очень маленькая, почти детская. — Женские перчатки. На дне могли заваляться и мужские сорочки, а то и сюртук, но я не стал рыться. Обратите также внимание, что все вещи запылились и заплесневели. Им лет двадцать, не меньше.

Мэтью покраснел.