Королева Бедлама

Он определенно стал другим человеком и пусть шпагу пока не освоил, работать пером ему уже вряд ли когда-нибудь доведется.

А теперь пора в столовую — знакомиться с человеком из блокнота Осли.

Мэтью сделал несколько глубоких вдохов, чтобы прочистить голову, и шагнул из комнаты в коридор.

Лоуренс Эванс пришел в ужас, когда час назад открыл парадную дверь и обнаружил за ней Мэтью. Ее заперли не просто так: гость явно не должен был покидать пределы дома и сада. Ах, сэр, как же вы там оказались? Вам не следовало там бродить, у нас ведь водятся дикие кабаны!

— Действительно, — ответил Мэтью.

 — Мне даже повстречалась одна свинья.

Умоляю вас об этом не распространяться, сэр! Мистер Капелл будет крайне недоволен, если узнает, что вам разрешили свободно гулять по владениям.

— Я никому не расскажу, обещаю, — заверил его Мэтью, а сам подумал, что хряк с большой дороги вполне может донести хозяину имения о встрече в лесу.

Спустившись по лестнице и повернув в коридор, Мэтью услыхал в гостиной голоса — едва различимые, как шепот на ветру.

Он собрался с мыслями и духом, насколько мог, расправил плечи и решительно вошел в ярко освещенный зал восемнадцати клинков.

— А, вот и наш юный господин! — воскликнул сидевший во главе стола джентльмен, отодвигая стул и вставая, чтобы поприветствовать гостя. Оглушительно стуча каблуками сапог по дощатому полу, он подошел к Мэтью и добродушно протянул ему большую руку. — Саймон Капелл, сэр! Очень рад знакомству!

Мэтью ответил на рукопожатие. В результате его собственная кисть превратилась в безжизненную каракатицу, так сильно ее стиснули.

При внушительном росте около шести футов трех дюймов Капелл был могуч и крепок, как скала, а во рту его сверкали крупные заостренные зубы, которым, казалось, ничего не стоило перекусить пополам бульдога. Большие глаза цвета топазов ярко блестели за стеклами квадратных очков. При таких выдающихся размерах очень странно выглядел его нос — классический английский, чуть вздернутый, словно бы оскорбленный запашком подгнивших фиалок. Над этим носом помещалась мраморная с голубыми прожилками глыба лба; редкие серебристые волосы едва прикрывали его заостренный череп, формой напоминающий стенобитный таран. Губы мистера Капелла подергивались и извивались, будто без конца формулировали искрометные мысли, но не успевали облечь их в слова. На нем был темно-синий сюртук с кремовым жилетом, белая сорочка и синий галстух с узором из красных и кремовых квадратов.