Королева Бедлама

На земле рядом с врачом стоял раскрытый саквояж, а сам Вандерброкен склонился над убитым и разглядывал его горло.

— Вот это его порезали! — услышал Мэтью его слова. — Еще чуть-чуть — и пришлось бы хоронить голову отдельно от тела.

— Кто это? — спросил Мэтью, против собственной воли наклоняясь поближе. В нос ударил медный, тошнотворный запах крови.

— Сложно сказать, — ответил преподобный Уэйд. — Артемис, вы его узнаете?

— Нет, лицо слишком отекло. Давайте заглянем в карманы сюртука.

Тут к месту преступления подоспели Садбери и остальные, а с ними еще несколько человек.

— Да энто ж мой брат! — внезапно завопил он. — Исусе, брат мой, Дейви Мантанк!

— Это Дейви Мантанк! — проорал господин с луженой глоткой, вставши позади Мэтью (у последнего при этом едва не отвалились уши). — Дейви Мантанка убили!

Тут еще чья-то багровая физиономия пробилась сквозь толпу — причем где-то на уровне коленей.

— Это кто ж меня убил, мать вашу?..

— Попрошу не сквернословить! — осадил его Уэйд. — Так, все расступитесь. Мэтью, вы ведь порядочный человек?

— Тогда подержите. — Священник протянул ему темно-синий бархатный кошелек, обмотанный кожаным шнуром и туго набитый монетами, а после — золотые карманные часы. — На них кровь, осторожнее. — Тут он впервые обратил внимание на окровавленную рубашку Мэтью. — Что с вами случилось?

— Вот! Уильям, глянь-ка! — Вандерброкен поднял фонарь и показал священнику что-то, чего Мэтью не видел.

— Нам придется его оставить, — донеслись слова Уэйда. — Он точно мертв?

— Увы, да, пределы нашего мира он покинул.

— Так кто это? — не унимался Мэтью.

Его толкали и пихали со всех сторон: вокруг тела уже образовалась изрядная толпа. Если я хоть сколько-нибудь смыслю в повадках толпы, подумал Мэтью, еще чуть-чуть — и булочник подтащит сюда свою тележку, сбегутся торгаши-разносчики, уличные девки начнут обольщать клиентов, а карманники — обчищать зевак.

Преподобный Уэйд и врач встали. Тут Мэтью приметил под серым плащом доктора Вандерброкена краешек светло-голубой ночной сорочки.

— Вот. — Уэйд вернул Мэтью фонарь. — Посмотрите сами и скажите.

Священник отошел в сторонку. Мэтью сделал шаг вперед и поднес свет к лицу убитого.

То было даже не лицо, а красная, распухшая маска ужаса.