Королева блогосферы

В общем, Милина зависть все равно не могла оставить супругов без средств к существованию, вот только потраченных нервов, разумеется, было жаль.

Впрочем, Кира относилась к случившемуся как к новому опыту, в том числе эмоциональному. Она была уверена, что рано или поздно черная полоса закончится, а на почерпнутых знаниях можно будет разработать несколько новых курсов и, разумеется, их продать.

В общем, все шло неплохо, за исключением непонятного, скачущего и слезливого настроения. Кире вообще было несвойственно упиваться жалостью к себе и рыдать.

За всю свою жизнь, сколько она себя помнила, плакала она от силы три раза. Первый, когда в пять лет упала с яблони, на которую залезла на спор с мальчишками, и сильно расшиблась. Второй, когда в начальной школе учительница назвала ее голодранкой и безотцовщиной. И третий, когда умерла бабушка.

Все остальные поводы не стоили ее слез. В этом Кира до недавнего времени была уверена. Но в последние несколько недель плакала каждый день, не в силах остановить текущие по лицу слезы.

Такая пертурбация ее немного пугала. Кира объясняла ее себе гормональным сбоем, на фоне которого у нее так и не вернулись критические дни.

Пересилив себя, Кира все-таки получила разрешение следователя на визит в частную клинику. Ей, правда, выделили сопровождающего, что также оказалось унизительным и вызвало новую порцию слез."

"– Вы и в кабинет к гинекологу со мной пойдете? – спросила Кира сопровождающего сквозь слезы.

– В коридоре подожду, – серьезно ответил он, то ли не поняв, то ли предпочтя не заметить сарказма.

Результат похода к врачу Киру ошарашил. После десяти лет бесплодия и строгого вердикта врачей, что оно неизлечимо, она опять ждала ребенка. Срок беременности на данный момент составлял восемь недель. Клиника была платной, поэтому у Киры сразу взяли все анализы, сделали первое УЗИ и другие необходимые обследования. У врачей она провела почти шесть часов, и все это время ее сопровождающий безропотно сидел на диване в коридоре, периодически наливая чай из стоящего рядом кулера и не проявляя никаких признаков недовольства.

Кира успела и поплакать (так вот откуда ее постоянные слезы, от беременности), и посмеяться, и с телефона врача (самой ей было запрещено пользоваться сотовой связью, она и Миле звонила с телефона пришедшего к ней тогда адвоката) поставить в известность Дэна, и снова поплакать.

Следствию о ее беременности они решили пока не говорить. Скоро состоится суд, и этот козырь Кира и Дэн решили придержать в рукаве.