– Я в Москве чужая, никого не знаю, боюсь идти в ломбард, чтобы не обманули. Нет ли у вас надежных знакомых, которые могли бы ссудить мне наличность под брильянты? – закончила она свою печальную историю вопросом.
Коччини подумал, что удача сама идет к нему в руки. Такое редчайшее стечение обстоятельств.
– Какие пустяки! – сказал он, гордо выпятив грудь. – Конечно, помогу вам, дорогая баронесса. У меня как раз есть нужное знакомство.
– О, какое чудо! – проникновенно сказала она. – Это возможно сегодня?
– Разумеется, – Коччини взглянул на карманные часы.
– К часу дня мы с вами поедем в кофейню «Сиу», что на Кузнецком мосту, и обещаю, что все ваши горести останутся позади. А пока…"
"Баронесса резко вскочила и ласково провела рукой по его щеке, чуть выше густых бакенбардов.
– Благодарю вас, мой спаситель! Я буду в назначенный час! – проговорила она и стремительно выбежала из ресторана.
Великий маг не был готов к такому фокусу. Он слегка потряс головой, будто в ней испортился механизм, отвечающий за то, что показывают глаза, и потер виски.
Мало сказать, что он был сражен и повержен. Коччини подумал, что никогда еще не встречал такой восхитительной женщины.
Что же до официанта Подковкина, то поведение дамы стало самой большой загадкой в его жизни. Сеня только подумал, что у барышни не все в порядке с головой. Ничего другого ему на ум не пришло.
8Доктор Богдасевич, как настоящий ученый, ставил опыты на себе. Ну и на приставе Свешникове. Целебное средство было остро необходимо обоим.
Приставу все-таки чуть острее.
Любое научное открытие требует прежде всего времени. Богдасевич потратил чуть ли не два года, чтобы постепенно набрести на формулу волшебного напитка. Путь был долгим и трудным, все ошибочные и промежуточные составы были испытаны им на себе. Ну и на Свешникове. Открытие долго не давалось, стоило больших физических мучений. Не говоря о моральных страданиях. Когда же в одно прекрасное утро после трех глотков головная боль растаяла, а утро стало поистине прекрасным, Богдасевич понял, что изобрел то, что было нужно, и Свешников немедленно оценил действие напитка.
Жизнь заиграла новыми красками. О целебной настойке мгновенно прознали во всех участках. Но Богдасевич отказался раскрыть секрет, полученный ценой стольких мучений. Иногда он наливал крохотную мензурку особо страдающим личностям. Говорят, что один раз исцелил самого обер-полицмейстера Власовского, чем заслужил непререкаемое уважение.
