Королева дождя

Поднявшись в свою комнату, Анна стала смотреть из окна на веселящихся африканцев. Она видела младенцев и маленьких детей, уснувших на руках у старух. Детей, играющих в догонялки и роющихся в кучах золы в поисках початков кукурузы. Молодые пары, исчезающие в кустах. Другие пары, танцующие или наблюдающие за происходящим. Стариков, курящих трубки. Собак, тыкающихся носами им в колени. В этой сценке было что-то такое теплое и живое — ощущалось единство, словно буквально каждый человек, принимая участие в празднестве, был частицей одного, полного жизни организма.

И в центре всего этого находился вождь.

Он улыбался, и говорил, и двигался, как бог…

Анна легла в постель и попыталась уснуть. Она отвернулась от окна и закрыла глаза. В темноте она слышала собственное дыхание, неглубокое и учащенное. Она позволила биению барабанов, доносящихся с лужайки, войти в ее тело и распространиться по венам от пальцев ног до макушки. Заполнить ее ум, заглушить мысли, избавить от страха и от чувства вины.

Сделав медленный глубокий вдох, она на мгновение ощутила аромат, разлитый в воздухе.

След мечты, видения. Аромат розы на ее подушке.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ"

"Пришел рассвет, необычно спокойный и тихий. Анна надела свой ежедневный наряд — рубашку и брюки Кики — и сошла вниз, чтобы начать утренний обход палат. Посмотрев в окно эркера главной палаты, она удивилась: на лужайке практически не осталось следов вчерашнего празднества — только утоптанная трава, догоревшие костры, от которых все еще поднимались тонкие струйки дыма, и маленькие белые предметы, разбросанные по земле.

Сначала Анна не могла понять, что это, но затем сообразила: это початки кукурузы, обглоданные дочиста и выброшенные. Такого безобразия не потерпела бы сестра Барбара. Увидев их, Анна почувствовала себя виноватой, как подросток, самовольно устроивший вечеринку. Ей не сразу, но удалось найти одного из мальчишек, помогавших в кухне, и она попросила его собрать початки. Закончив обход палат, Анна приготовилась принимать амбулаторных больных. Она сомневалась, что сегодня у нее будет много посетителей: вполне вероятно, что, как и в Австралии на Новый год, все предпочтут отлежаться дома. А вот второго января работы всегда было больше, чем в остальные дни года. Она пошла на склад за бутылочками с отваром плюща и кусками чистой ткани, из которых она делала тампоны. Внезапно она замерла, не успев убрать ладонь с ручки двери: откуда-то издалека до нее донесся гул двигателя автомобиля.