Нас окутала моя сила, укрывая от всего мира черной завесой, а в следующий миг мы очутились в комнате, из которой я недавно вышел.
Послышался резкий звук. За нами закрылась дверь.
Мы, наконец, одни.
Часть 27
Я ощущала себя очень странно. Казалось, что во всем мире меня волнует только человек напротив. Я едва не задыхалась, когда он на мгновение отводил взгляд. Прикосновения его обжигали, но от них кружилась голова и все внутри сладко сжималось.
Мне хотелось расплакаться от навалившегося счастья. Губы горели, а тело вскоре едва не скрутило от накатившего огромной волной желания.
Невольно я застонала, замечая, как лицо мужа дрогнуло, приобретая еще более хищные черты. Посмотрев на мои губы, он, недолго думая, поцеловал меня, отчего я задрожала, будто меня била самая настоящая лихорадка.
Вжимаясь в него, я все больше теряла голову, совершенно не понимая, что происходит. Все в мире казалось таким неважным и незначительным по сравнению с обнимающим и целующим меня человеком.
Его рука попыталась зарыться в мои волосы, но произошла какая-то заминка.
Я толком не понимала, что он делает. Послышался тихий стук. Затем я ощутила, как сильные пальцы проникают в мою прическу, сжимают локоны и тянут, заставляя откинуть голову.
Я подчинилась с радостью, чувствуя: если бы меня не держали, я давно бы упала на пол, не в силах стоять на ногах самостоятельно.
Моей шеи коснулись губы, и меня тут же выгнуло от накатившего наслаждения. Вцепившись в его плечи сильнее, тяжело задышала, стараясь хотя бы немного подавить дрожь во всем теле.
Вдруг как-то внезапно одежда на мне стала очень неудобной. Дышать из-за корсета становилось все труднее. В какой-то момент мне и вообще показалось, что меня сейчас передавит пополам.
Едва не упав от темноты в глазах, я слегка отстранилась. Еще немного – и я задохнусь.
– Подождите, – прохрипела я, чувствуя, как объятия становятся сильнее, а губы настойчивее. – Дышать...
Он чуть отстранился, перестав терзать своими губами мою шею, ключицы и уши.
От его взгляда и выражения лица все волоски на теле поднялись дыбом.
Смесь страха и дикого возбуждения заставляла меня пылать.
– Как твое имя? – спросил он.
– Амелия, – выдохнула я, дрожа всем телом.
– Амелия, – повторил тихо он и, приподняв руку, ладонью провел по моей щеке, проследив за своим движением так внимательно, словно в чем-то убеждался. – Красивая. Моя, – так же тихо выдохнул он, а потом буквально приказал: – Повернись.
Захотелось немедленно подчиниться.
