Главным ее достоинством я посчитала происхождение. Знаете, в любой жизненной ситуации лучше оказаться в шкуре богатого вельможи, чем полудохлого нищего с паперти. Бедности и лишений я уже хлебнула в той жизни, в прошлой. А в этом мире социальная иерархия значила очень много, и Лигейросы находились где-то на верхних ступенях лестницы, в самых высших эшелонах знати. Девица явно мало времени уделяла обучению, поэтому даже об истории своего рода знала весьма мало. Но даже этих крупиц хватило понять, насколько круты ее предки.
В общем, почти ничего нового. Все, как на родной Земле. За исключением того, что на Ашассе не было стран, королевств и тому подобного. Над всеми территориями главенствовал и ими же правил один великий дом ашассов – Энавель. Местного царя, короля и падишаха в одном лице именовали простенько, но со вкусом – Повелитель. А вот с его отпрысками было несколько сложнее. Никаких тебе принцев, наследника престола называли акуун. Дальше шли достопочтенные шиены, что-то сродни нашим герцогам, князьям и графам.
А чуть ниже по статусу – ши. Так обращались к любому представителю местного дворянства. И, разумеется, все они были ашассами – главной и могущественной расой Ашшура.
В отдельную касту можно было выделить жрецов. Разумеется, последователей культа Шезму почитали сильнее остальных. Но богов в здешнем пантеоне хватало, каждый прихожанин мог выбрать себе любимчика. Все, кроме меня, ибо Нинель Лигейрос с этого момента и до конца дней предстояло поклоняться лишь одному богу – истинному и великому Камаку, чтоб ему там икалось на своей полянке.
К простым ашассам обращались «шас», а людей, как не котирующуюся, низкосортную расу называли просто по именам. Все равно у них почти не было прав, и занять достойное положение в обществе или, не дай их хваленый Шезму, значимую должность никак не могли. Более-менее жилось лишь тем людям, кто находил себе покровителя и подписывал с ним пожизненный контракт. И чем значимей защитник, тем вольготнее жилось человеку. Не рабство, конечно, но все равно неприятно.
Контракт ценили, за него держались, потому что лишиться покровителя – означало получить волчий билет в свободную жизнь. А на вольных хлебах приходилось куда сложнее. Там, чувствуя свою вседозволенность, каждый ашасс мог унизить, обидеть или обмануть человека. И выбора-то у людей не было. Все, как на рынке, чесслово! Кучка «Асланов» и подневольные продавцы, которым все равно некуда податься. Да, Нинка, миры меняются, а вот суть остается.
