– Знаешь ли ты, кого посмела облить? Мой отец сгноит тебя в подземельях Роклора!
- Я не хотела… простите… - всхлипывала служанка, вновь получив увесистую затрещину.
- Что случилось? – тихо спросила я.
- Шиена Риона неудачно повернулась и толкнула человечку, а та, не удержав поднос, пролила немного напитка, - прошептала Элсу. Шия, наконец, перестала трястись в моем присутствии и даже смогла ответить.
- Убить тебя мало! – зарычала ашасса и выхватила из ножен, прицепленных к ее поясу, странный кинжал, который больше напоминал поварской нож.
– Руки на стол!
Хрупкая девушка испуганно вздрогнула и подняла на Ириллу взгляд, полный отчаянья.
- Пожалуйста, пощадите… - пролепетала она, голубые глаза наполнились слезами.
- Руки! На стол! Живо! – заорала шиена. Зал вновь затих, все наблюдали за происходящим и никто, никто не торопился вмешиваться. Ирилла что, собирается этим тесаком отрубить ей руки? Словно в ответ на мои догадки, злобная брюнетка продолжила: - Таким неповоротливым неумехам ни к чему руки! Все равно не умеешь ими пользоваться!
Ослушаться девочка не посмела, послушно положив ладони на край стола.
Ее всю трясло, а слезы текли, оставляя на щеках влажные дорожки. Ашасса злорадно усмехнулась.
- Ты навсегда запомнишь меня, дрянь! Моя туника дороже трех таких жалких жизней, как твоя! - замахиваясь, продолжала плеваться ядом Ирилла.
Еще до конца не осознавая, зачем мне все это нужно, я, как во сне, вскочила с места и в воздухе успела перехватить занесенную с оружием руку.
- Остынь, Роклор! Девчонка не виновата, и это видели все. Если тебе срочно понадобилось лишить кого-нибудь конечности, то почему бы не выбрать того, кто действительно виноват? – спокойно произнесла я, наблюдая, как в янтарных глазах ярость разгорается с новой силой.
- Не лезь не в свое дело, Лигейрос! – зашипела она. Возможно, Ирилла и была сильнее скромницы Нинель, но в схватке главное не сила, а решительность и вера в себя. Нинке Королёвой было не занимать ни того, ни другого, поэтому я все еще продолжала удерживать поднятую руку, не смотря на все попытки брюнетки освободиться.
- Ну, почему же, - улыбнулась прямо в перекошенное злобой лицо ашассы. – Теперь это мое дело. Как тебя зовут? – Бросив мимолетный взгляд на девчонку, спросила я.
Это вызвало всеобщее недоумение. Кто в здравом уме станет интересоваться именем человека? Поздно мне претендовать на нормальность. Поздно. Теперь Нинель Лигейрос непредсказуемая, странная и… внезапная.
