Королева ночи

— Если ты этого хочешь, — сказала она, подтягивая корсет, чтобы прикрыть грудь. — Я не прочь немножко отдохнуть. Мы едем уже большую часть дня, и я устала. Странно — почему?

Джеймс тихо рассмеялся, не пытаясь скрыть тщеславие. Роуз застегнула пуговицы на платье, поджала под себя ноги и накрыла их юбками. Подвинувшись на сиденье, он постарался устроиться поудобнее и не думать о предстоящей ночи.

Прошло немного времени, карета замедлила движение и остановилась, выводя Джеймса из уютного состояния между сном и бодрствованием.

Роуз прислонилась к нему, прижимаясь щекой к его груди, его руки все еще обнимали ее плечи. Остановка кареты не нарушила ее сон. Ему не хотелось будить ее, но они не могли оставаться в карете всю ночь.

Соблазнительно запахло едой, и желудок Джеймса тут же напомнил о себе, так как прошло несколько часов с тех пор, как они останавливались, чтобы перекусить. Комната, затем ужин и, наконец, постель с Роуз.

Улыбка тронула его губы, и его успокоившийся было клинок снова ожил.

Роуз действительно сделала путешествие в Олтон чрезвычайно приятным. Часы пролетели незаметно. Он всего один раз открыл свой рабочий саквояж, который стоял на противоположном сиденье, но так и не поддался желанию заниматься работой. Простое понимание того, что Роуз тут, рядом с ним, заставило его забыть и о работе, и обо всех прочих делах.

И она не провела весь день в юбках, задранных до талии. Напротив, большую часть дня они просидели рядом, говоря о погоде, о Лондоне и о тех местах, мимо которых проезжали.

Обычный диалог. Джеймс то и дело тянулся к ней, чтобы украсть быстрый поцелуй. Но в темном пространстве кареты эти невинные поцелуи быстро перерастали в нечто большее.

Шаги по гравию за стенами кареты вернули его к действительности. Он услышал голос подростка, наверное, конюха, а затем последовал ответ кучера.

— Роуз, — шепнул он, поглаживая ее макушку. — Просыпайся, дорогая.

Она что-то проворчала во сне и снова прижалась к нему. Джеймс неохотно повторил попытку, отстраняя ее от себя и усаживая прямо.

Она потерла глаза и заморгала, глядя на него.

— Где мы?

— Придорожная гостиница. Просыпайся, а я пойду и посмотрю комнату.

— Мы остановимся здесь на ночь?

Она потянулась вперед, вглядываясь через его плечо в окно кареты.

— Да. И останемся здесь до утра, до Олтона от Лондона при хорошей езде день пути. — Свет из окна гостиницы освещал ее профиль. Ее глаза теперь были широко открыты и застыли в тревоге.