Словно морская пена, вот только я совершенно четко и точно знала, что она приносит с собой совсем не водоросли. Она приносит смерть.
Совершенно растерянно я подула на эту пену, вдруг смогу отогнать, смогу от нее избавиться, тогда все будет хорошо? Ведь дуют же детишкам на небольшие порезы и им становится легче? Вот и я так же! Подую и все исправлю!
Я притянула Людвига еще ближе к себе, отказываясь понимать и принимать, почему его ноги больше его не держат.
– Нет! Нет, вы так не можете! – мой голос был настойчив.
Черт! Да я же в магическом мире! Здесь все почти как в сказке! Принцы, принцессы, короны. Здесь не могут просто так умирать люди и уж тем более те, кто мне так дорог! Осознание того, что мой секретарь мне дорог, настигло внезапно, словно удар в солнечное сплетение. Подлый и неожиданный, выбивающий воздух и последние капли здравого смысла.
– Живите, – буквально прошептал Людвиг на медленном выдохе и его глаза неестественно закатились, а тело еще больше обмякло в моих руках.
Все мое естество содрогнулось, словно из меня живьем выдернули сердце, а затем взгляд упал на виновницу происходящего.
– Тыыыы, – я искала глазами принцессу Аделаиду, но почему-то видела я ее сейчас нечетко, – тыыыыы! – я указывала на принцессу своим пальцем, я хотела бы сказать больше, но просто не могла подобрать правильных слов, все они казались какими-то совершенно бессмысленными и глупыми. Неважными. Я не могла больше удерживать Людвига, ноги расползались и отказывались меня держать, он, скорее, уже лежал на моих коленях, а огромное темно-красное пятно расползалось на юбке.
Словно предвестник бесповоротности происходящего, в которое мне до сих пор не хотелось верить.
Двое помощников Людвига не только крепко держали в своих руках эту бахрийскую тварь, но и, кажется, ловко застегивали на ней наручники с магическими ограничителями, пока принцесса корчилась от боли на полу. Сказать точно я не могла, слезы застилали глаза.
А сердце внезапно резко толкнулось и застучало вновь с бешеной силой.
Требуя крови, требуя мести!
Глава 10
Анна
Все дальнейшее показалось мне каким-то нереальным, размытым, ненастоящим, вот я кидаюсь к Аделаиде, каким-то совершенно невероятным образом раскидывая по дороге амбалов. Словно это не огромные мужики размером сразу с два шкафа, а маленькие мячики для настольного тенниса.
Вот деру принцессе ее длинные черные пакли, она, конечно, орет как резаная, но меня это почему-то не только не останавливает, но даже раззадоривает.
