Королева теней (ЛП)

Именно поэтому она специально подкараулила ее: дабы узнать, что Элида будет делать после.

- Не называйте меня так, - выходнула Элида.

- Неужели так плохо быть ведьмой? - Aстерина любовалась пальцами, оценивая свои железные ногти в тусклом свете.

- Я не ведьма.

- Кто же ты тогда?

- Ничего, я - никто. Я - ничто.

Ведьма щелкнула языком.

- Все мы кем-то являемся. Даже самая обычная ведьма имеет свой шабаш. Но кто тебя поддержит в трудную минуту, Элида Лочан?

- Никто. - Только Аннэт, и Элида иногда даже думала, что, может быть это, ее воображение.

- Нет такого понятия, как ведьма-одиночка.

- Я не ведьма, - сказала она снова. И однажды, когда она сбежит, как только она покинет эту прогнившую империю, она станет вообще никем.

- Нет, она определенно не ведьма, - рявкнула Манона с порога, золотые глаза были холодные. - Начинайте говорить. Сейчас же. Манона пережила довольно дерьмовый день, за всю ее вековую историю существования.

Шабаш Желтоногих был перемещен в подземную камеру, в зале, высеченном в скале.

Манона понюхала всего один раз над выстроившимися кроватями и снова ушла назад. Желтоногие не хотели ее там видеть, во всяком случае, пока они не были разрезаны мужчинами, пока что-то, вроде камня, не будет зашито у них внутри. Нет, Черноклювым не было места в комнате, где Желтоногие были уязвимы, и ее присутсвие там, вероятно, сделало бы их злобными и смертельно опасными.

Она ушла на тренировку, где Сорель надрала ей задницу в рукопашном бою. Так как там был не один, не два, а три различных боя, рассредоточенных на части между различными шабашами, в том числе и Синекровных, которые выглядели чем-то взволноваными, похоже что из-за валгов.

Они ломали носы, намекая шабашу Черноклювых, что это была их божественная обязанность, не только, чтобы довести внедрение валгов до конца, а также пойти дальше, до физического спаривания с ними.

Манона не винила своих Черноклювых в прекращении боев. Но ей пришлось одинаково наказать оба клана.

Но все потом это. Астерина и Элида в ее комнате, девушка с широко раскрытыми глазами, ее Третья, кажеться пытающаяся убедить девушку присоединиться к их рядам.

- Начинайте говорить. Сейчас же.

Манона знала, что должна обуздывать свой нрав, но в комнате пахло человеческим страхом, а это было ее пространство.

Астерина шагнула навстречу девушке.

- Она не шпион Вернона, Манона.

Манона оказала им честь, слушая, как Астерина рассказывает ей, что произошло. Когда та закончила, Манона скрестила руки на груди.