Онлайн-библиотека книг
Теперь, когда Вернон думал, что она мертва, никто не будет ее искать. Но Аэлина была жива. И сильна. А возможно, нужно было перестать мечтать и начать действовать. Найти Селену Сардотин – она бы сделала это в память о Кальтэне, и подарок, чтобы почтить девушек, которых заперли в башнях, которым не с кем было поговорить, и никто о них не помнил.
Но Манона помнила о ней.
Нет – она не сбежит.
- Иди на Север, Элида, - сказала Манона, прочитав мысли Элиды по ее глазам. - Они в Рафтхоле, но я уверена, что ненадолго. Доберись до Террасена и спрячься.
Элида рассматривала пакет, принимая его.
- Иметь кровь Черноклювых не так уж и плохо, - тихо произнесла она.
Золотые глаза сузились.
- Нет, - ответила Манона. - Нет.
- Как я могу отблагодарить тебя?
- Этот долг уже уплачен, - произнесла Манона, качая головой, когда Элида открыла рот, чтобы спросит больше.
Ведьма вручила ей три кинжала и показала, как заложить один в сапог, один в пакет и еще один в ножны на бедре. Наконец, она велела Элиде снять с себя сапоги, показывая кандалы, которые были внутри. Манона взяла маленький набор отмычек и сняла кандалы, которые были по-прежнему на ее лодыжках.
Прохладный, мягкий воздух поцеловал ее голую кожу, и Элида закусила губу, чтобы снова не заплакать, когда она натянула свои сапоги обратно.
Через деревья, драконы зевали и ворчали, а смех Тринадцати доносился до них. Манона посмотрела на них, и слабая улыбка тронула ее губы. Когда Манона вернулась назад, наследница Черноклювых ведьм промолвила:
- Когда начнется война, – которая будет, если Перрингтон выжил, то – ты должна молиться, чтобы не встретить меня снова, Элида Лочан.
- Все равно, - ответила Элида, - я надеюсь, что встречу.
Она поклонилась Лидеру Крыла.
К ее удивлению, Манона поклонилась в ответ.
- Север, - сказала Манона, и Элида предположила, что это было прощание.
- Север, - повторила Элида и направилась к деревьям.
Через несколько минут, она вышла за пределы слышимости и была поглощена Задубелым лесом.
Она держала свой мешочек за ремешки.
Внезапно, животные затихли, а листья шелестели и шептали. Через мгновение тени Тринадцати пронеслись над ее головой. Один из них – самый маленький – задержался, пролетая второй раз, будто прощаясь.
