Королева теней (ЛП)

Она вздернула подбородок в сторону Лин, которая подарила Маноне злой, маленький оскал и исчезла в тени.

Манона и ее Вторая, и Третья молчали, когда они поднимались в разрушающуюся башню, где размещались Тринадцать. Днем их драконы забирались на массивную верхушку башни, чтобы подышать свежим воздухом и посмотреть на лагерь для военнопленных, далеко, далеко внизу... На ночь они сами прилетали в Орлиное Гнездо и ставили их на места."

"Это сделать гораздо проще, чем запереть их в зловонную клетку в чреве горы с остальными драконами, где они бы только рвали друг друга в клочья или портили свои крылья.

Они попробовали разместить их там всего один раз по прибытию. Аброхас был в бешенстве так, что его и других ездовых животных пришлось отвлекать, пока они брыкались и ревели, угрожая все разнести. Спустя час Манона реквизировала эту башню для Тринадцати. Казалось, что странный запах тоже взбесил Аброхаса.

Но в гнезде вонь для животных была знакома. Кровь, дерьмо, сено и кожа. Того отвратительного запаха здесь не было, возможно, потому, что они были  высоко, и ветер его сдувал.

Солома, покрывающая весь пол, захрустела под их сапогами, прохладный ветерок подметал ее к крыше, где находились драконы, это место они забрали за полцены, благодаря упрямости Сорель. Чтобы сохранить драконов от ощущение, что они в клетке — и тут Аброхас мог смотреть на звезды, как он любил делать.

Манона пробежала глазами над кормушками в центре камеры. Ни один еще не прикоснулся к мясу или зерну, предусмотренными смертными людьми, которые поддерживали эйри.

Один из этих мужчин накладывал свежего сена, но при виде железных зуб Маноны уносился вниз по лестнице, привкус его страха витал в воздухе, как подтеки масла.

- Четыре недели, - сказала Астерина, поглядывая на своего бледно-голубого дракона, видного в одной из многочисленных открытых арок. - Четыре недели и никаких действий. Что мы вообще здесь делаем? Куда мы движемся?

Действительно, ограничений было очень много. Ограничения на полет в ночное время, чтобы оставаться незамеченными, зловоние от этих мужчин, камень, кузницы, бесконечные извилистые проходы — каждый день терпение Маноны становилось все меньше.

Даже небольшой горный хребет, в котором они располагались, был плотный, изготовлен только из голой скалы с несколькими признаками весны, которая сейчас застилала большую часть земли. Мертвое, гнилое место.

- Мы двинемся туда, куда нам скажут, - ответила Манона Астерине, глядя в сторону заходящего солнца.