Ты что, думаешь, я не знаю, как он одновременно обрадовался и испугался, когда Калуш забеременела? Или о том, что для него значат жена и Арианна? Или о том, каким уязвимым он чувствует себя, когда другая женщина начинает проявлять к нему нездоровый интерес? — Джанелль смахнула слезу, скатившуюся по щеке. — Но вы все старательно скрывали это от нас, да с таким успехом, что никто из ковена даже не заподозрил, почему мальчики стали такими нервными и вспыльчивыми, стоило этим… людям… приехать в Зал. Если бы мы знали, то уже давно что-нибудь предприняли бы!
Но что-то так и осталось невысказанным, и, поняв это, Деймон нехорошо сузил свои золотистые глаза.
— Что еще тебя беспокоит?
Джанелль ответила не сразу.
— Александра — моя бабушка.
Он так быстро оказался рядом с ней, что девушка поспешила отступить на шаг и наступила на подол своего платья. Поймав Джанелль за руки, Деймон притянул ее к себе.
— Ты не будешь сидеть здесь, мучаясь от чувства вины, Джанелль, — яростно произнес он.
— Ты меня слышишь? Ты этого не сделаешь. Да, она твоя бабушка. То есть взрослая женщина. И, будучи взрослой женщиной, она вполне способна отвечать за собственные действия. Более того, будучи Королевой, она обязана контролировать свой двор. Если кто-то и должен разделить с Веньей вину за происшедшее, то это Александра. Ее предупредили о возможных последствиях, но она ничего не сделала.
Джанелль хотела было возразить, но Деймон встряхнул ее так, что у девушки клацнули зубы. Она молча оскалилась на него.
— Если хочешь взвалить на себя всю вину за их приезд, то в таком случае Вильгельмина должна разделить ее с тобой поровну.
О, какими притягательными становятся эти глаза, когда в них вспыхивает яростная решимость!
Деймон успокаивающе провел пальцами по рукам девушки.
— Если на одну внучку нельзя возложить ответственность за действия Веньи или бездействие Александры, то почему ты обвиняешь вторую?
— Потому что я — Королева, а Королева не только правит своим двором, она еще и защищает его.
Деймон беспомощно зарычал и пробормотал несколько весьма нелестных замечаний насчет женского упрямства.
— Это не упрямство! Я так говорю потому, что права! — рявкнула в ответ Джанелль.
Деймон понял, что не победит в этом споре, если она продолжит вести его с такой же позиции, поэтому он попытался заставить ее взглянуть на ситуацию с другой точки зрения.
— Ну хорошо. Нам действительно следовало доложить об этом.
