Это было окончательное отторжение от семьи, прощание, причинившее сильную боль. Ребенок когда-то отказывался смириться с этим отчуждением, пытался оправдать редкие проявления любви, дарившейся лишь при соблюдении определенных условий. Ребенок пытался оправдать даже то, что родные посылали его в Брайарвуд, оставляя на милость творившимся там ужасам. Однако ребенок больше не был ребенком, и мучительная необходимость взглянуть правде в глаза разрывала сердце Джанелль.
Он понял еще кое-что: столкнувшись с беспощадной истиной, она теперь цеплялась за единственную прочную стену, защищавшую ее детство, — любовь Сэйтана.
Что ж, в его силах дать ей еще одну надежную опору. Деймон раскрыл объятия, приглашая, но не требуя.
— Иди сюда, — тихо произнес он. — Иди ко мне.
Деймон ощутил боль в сердце, когда Джанелль осторожно, не поднимая глаз, подкралась к нему, напрягшись всем телом, словно ожидая, что он тоже отвергнет ее.
Однако крепкие мужские руки бережно заключили девушку в объятия, защищая и даря утешение.
— Но ведь она была хорошей Королевой, верно? — умоляюще спросила Джанелль через несколько секунд.
Деймону вновь стало больно. При других обстоятельствах он солгал бы, не задумываясь, но не сегодня. Зная, что его слова лишат Джанелль последней возможности оправдать действия Александры, он ответил со всей возможной мягкостью, не приукрашивая при этом правду:
— По сравнению с другими Королевами в Террилле она была хорошей Королевой. По сравнению с теми Королевами, которых я встретил здесь, в Кэйлеере… Нет, милая, она не была хорошей Королевой.
Боль хлынула вместе с потоком слез, когда Джанелль наконец пришлось отказаться от людей, которых она когда-то отчаянно пыталась любить.
Деймон обнимал ее, ничего не говоря. Лишь держал в объятиях, позволяя своей любви окружить и утешить рыдающую девушку.
Тихо открылась дверь. Сначала порог переступил Ладвариан, за ним последовал Каэлас.
Наблюдая за ними, Деймон невольно задумался, решились ли они в итоге самовольно нарушить уединение своей Леди или же приравняли его присутствие к разрешению войти.
Ладвариан взмахнул хвостом."
"«Мы вернемся позже».
Они удалились так же тихо, как вошли.
Глава 8
1. КэйлеерЛорд Мегстром нервно мерил шагами комнату, где хранились документы с ярмарки услужения. Он вернулся домой всего два дня назад и еще не успел получить достаточно четкое представление об официальном положении дел в подведомственной ему деревне.
