– А о чем еще им писать? О погоде?
– Я… Я думала, в газетах пишут исключительно о том, что ты им разрешаешь.
Бенедикт фыркнул, как будто это полный абсурд.
– С таким же успехом можно попробовать заставить птиц в аду не петь.
Я растерянно нахмурилась:
– То есть им уже известно о Лире? Откуда?
– Если бы я знал, у нас было бы на одну проблему меньше.
Опустив нож, я оставила попытку намазать бутерброд. Все равно желудок к этому моменту завязался таким узлом, что, скорее всего, мне не удастся проглотить ни кусочка.
– А сейчас? – тихо спросила я.
– Минимизируем ущерб, – холодно откликнулся Бенедикт.
Я глубоко вздохнула. Нормально пообщаться явно не выйдет. Чего и следовало ожидать.
– И как я могу с этим помочь?
Он мрачно посмотрел на меня:
– На сегодня, во второй половине дня, назначена пресс-конференция. К счастью для тебя, я не склонен сам выступать перед народом, так что тебе не придется произносить речь лично. Эрис представит людям нашу историю.
Ты будешь стоять на заднем плане вместе со мной и стараться выглядеть хотя бы отчасти заслуживающей доверия. Впрочем, зная тебя, это не должно составить труда.
Я пыталась не подавать виду, как сильно меня задели его слова. Он в любом случае мне не поверит.
– Что конкретно я должна делать? – вместо этого спросила я.
Король покачал головой и вернулся к своей газете.
– Репетировать ничего не понадобится.
Это не ответ на мой вопрос. Я хотела знать, как мы будем стоять на заднем плане.
Держаться за руки? С влюбленными взглядами и нежными прикосновениями? Хватило только представить это, и меня затошнило от нервозности.
– Тем не менее мне нужно знать, чего ожидать, – объяснила я.
– Узнаешь, когда придет время.
Он что, серьезно?
– А почему не сейчас? – с растущим раздражением поинтересовалась я. – Раз ты хочешь, чтобы я притворялась перед людьми, дай мне время подготовиться! Я должна знать, будем ли мы… прикасаться друг к другу.
Или целоваться, или…
– Ничего подобного точно не будет, – отрезал Бенедикт. И метнул в меня злобный взгляд. – Пока я сам точно не знаю. Но думаю, ты достаточно практиковалась в этой роли, чтобы немного сымпровизировать.
– Это не было ролью! – решительно возразила я, однако он сделал вид, будто вообще меня не слышал, и опять уткнулся в газету. Разочарованная, я гоняла по тарелке половинку булочки.
