Джанин прислала поздравительную открытку, на которую Ким едва взглянула, прежде чем сунула её в середину бесконечных свадебных подарков, которые мы получили.
Нам не нужна токсичность наших матерей в нашей жизни. Во-первых, эти женщины никогда не должны были рожать детей, и, хотя со временем я смог смириться с этим фактом, Ким другая. Она любит слишком сильно и не держит зла.
Доказательства? Она простила меня, когда я не должен был быть прощён.
Она также простила Сильвер, которая в настоящее время стоит с Эльзой напротив Ронана и меня.
Она не только восстановила свою дружбу с Сильвер, но и как будто этих лет между ними никогда не существовало. Это заняло у них несколько неловких моментов во время учёбы в университете, но вскоре они вновь стали теми двумя девушками, которые врывались к Эйдену, Коулу и мне, когда мы были маленькими, и требовали поиграть с нами.
Сильвер и Ким из тех времён были настолько близки и неразлучны, что иногда я ненавидел Сильвер.
Что? Ким была не единственной, кто собственнически относился к чужому времени.
Мне не нравилось, что у неё была общая связь с каким-либо другим человеком. Я всё ещё не верю, но сейчас я лучше умею идти на компромисс — я думаю.
— Прекрати! — Ронан шепчет-кричит мне на ухо. — Ты выставляешь меня шаферо неудачником из-за своего беспокойства, connard — мудак.
— Заткнись нахуй, Рон. Ты уже женат.
— Это да.
Он подмигивает Тил, которая стоит рядом с Сильвер, и она с улыбкой качает головой. От меня ускользает, как она ежедневно справляется с этим несчастьем-мужчиной.
— Ты не должен шуметь на свадьбах. — говорит Коул со своего места рядом с Ронаном.
— Ты вообще не должен был быть здесь, Коул. — ворчу я, а затем бросаю взгляд на Эйдена. —Ты тоже, Кинг.
— Бред. — говорит он. — Если Эльза здесь, я тоже имею право быть здесь.
— Кроме того. — Коул тычет Ронана пальцем. — Если бы у тебя был только Ронан, твоей свадьбе было бы суждено провалиться ещё до того, как она начнётся.
— Эй... — Ронан открывает рот, вероятно, чтобы проклясть его, но останавливается на полуслове, когда появляется Ким, одной рукой держащая Кэлвина за руку, а другой — Кириана.
В то время как оба одеты в смокинги, у Кириана белый, как цвет платья его сестры. Ему всего двенадцать, но он уже так вырос, и настоял, что тоже отведёт Ким, потому что он её брат и защитник.
Этот малыш уже не такой маленький.
Мне требуется несколько секунд, чтобы полностью впитать Кимберли. То, как её каштановые волосы с зелёными прядями ниспадают на плечи.
