Пару раз все-таки приходилось набирать воздуха и переплывать глубокие места, выбросив пару камней из подола, и это оказалось не так страшно — хотя воды в трубку она все же набрала и пришлось судорожно продувать, прежде чем вдохнуть снова."
"Пару раз она видела пролетающих над ними стрекоз, но за спиной был Тротт, и это выключало ее страх.
Ей казалось, что они идут уже очень долго, ей казалось, что она сейчас нечаянно вдохнет носом и задохнется, что трубка не выдержит, треснет, когда, наконец, Чет впереди сделал ей знак рукой, отвязывая трубку и опуская ее горизонтально, выбросил из рубахи несколько камней и осторожно приподнял голову над поверхностью.
А затем поманил к себе.
Она подошла к нему, вынырнула, с наслаждением вдыхая воздух, а затем поползла вперед, в заросли камыша. И тут же скрылась там, пережидая пролет патруля и наблюдая, как колышется в трех метрах от берега дыхательная трубка Макса.
Наконец, выполз на берег и он, и Алина выдохнула, глядя на небо.
Долго ли они шли? Солнце сдвинулось по небу чуть-чуть.
И река отсюда казалась до смешного узкой. Но, наверное, это заняло не менее получаса.
Лагерь был теперь очень близко, так близко, что слышны были отдельные реплики иномирян, и Алина, лежа в камышах на спине, даже различала, о чем они говорят — о новом портале и о том, что скоро они будут наверху, и не забудут ли их здесь боги. Четери, мокрый, перемазанный в грязи, потихоньку пополз вперед, чтобы скомандовать, когда вставать и начинать прорыв. Она понимала, что портал сейчас — в полукилометре, что минута-другая, и ей придется ползти вперед, пока позволяют камыши, а затем бежать между мужчин, держа в поле зрения такой близкий и такой недоступный переход, и молиться, чтобы щит Тротта выдержал, а силы оружия хватило сдержать напор тха-охонгов и раньяров, способных щит проломить.
— Держимся под щитом, — вторил ее мыслям Тротт, лежа на спине и накручивая тетиву на лук, — я буду его держать, сколько смогу, около трех метров от себя. Дальше не отходить.
— Хорошо, — прошептала она. — Хорошо, Макс.
Он улыбнулся краешком рта, развернулся на земле, склонился к Алине и поцеловал.
Глава 11
Нижний мир, 6.00–7.00 по Рудложскому времени,
11.00–12.00 Тафия
Последние врата открылись.
Боги Лортаха, те, кого звали Омир, Нерва, Малик и Девир, услышали это в молитвах жрецов, увидели глазами одной из теней, что струилась над равниной в ожидании, а ныне застыла над местом, где лежала сфера из эновера.
