Королевская кровь. Книга 3

Учились жить с людьми, быть людьми, видеть их чаяния, чувствовать их боль…

«Как много тогда было боли вокруг. Как много боли они сотворили сами».

— … Но чудесные младенцы сразу стали отличаться от других людей, — шелестела старая матушка, — потому что скрытая их сущность была так сильна, что не могла не отразиться на внешности и умениях. И все, увидев их, понимали, что это дети непростые, волшебные.

Один из них, названный Иоанном, родился беловолосым и с глазами цвета голубого льда, как небо в горах.

Он стал великим воином, яростным и безжалостным, и основал огромное королевство, простирающееся от севера до юга. Иоанн был такой неистовый, что мог бы завоевать целый мир, если бы не краткотечность человеческой жизни. Он же был великим учителем — научил людей работать с металлами, отапливать свои жилища, а тех, кто обладал даром — работать со стихией огня. В бою великий принимал обличье красного сокола с пылающими крыльями, хотя говорили, что он имеет тысячу обликов, как сам огонь. И не было такого врага, который мог бы его победить.

Слепая рассказчица подняла руки, как-то по-особому сложив их, и тени на стене к восторгу слушающих детей превратились в летящего ввысь сокола, трепещущего крыльями.

— Второй, — говорила Фанити, а по стене уже брел, медленно переставляя большие лапы и мотая головой, темный медведь, — нареченный Михаилом, рожденный в северной и мрачной стране, где жили дикие кланы, был воспитан медведицей, вырос человеком диким и любящим природу больше, чем людей.

В память о его молочной матери в этой стране до сих пор запрещено убивать медведей. Однако дикость его не помешала ему победить всех вождей и собрать под свое управление все воюющие друг с другом кланы, став первым северным королем. Он научил людей земледелию, научил обработке дерева. Говорили, что любил он бродить по лесам в обличии огромного медведя, а сам он был русоволос и крепок, с глазами цвета осенней листвы. Он же дал людям знание о работе со стихией земли.

Тень на стене дрогнула, расплелась, и снова сплелась — в тигриную морду с узкими светящимися глазами."

"— Третий из божественных детей, — тихо продолжала матушка, пока ребята наблюдали за зевающим тигром, — появился на свет в степях нынешнего Йеллоувиня, где зимой стояли удушающие холода, а летом было так жарко, что даже верблюды не выдерживали. Он с года ездил на огромном жеребце, в два уже складывал стихи и поражал окружающих своей мудростью.