Из-за его спины раздался хриплый смех – и Байдек едва удержался, чтобы не покачать головой. Ну и родственничка ему сулит судьба. И какой же удивительной стойкостью наделили боги этого человека – наряду с не менее впечатляющим набором недостатков.
* * *Василина, увидев потрепанного мужа, не сказала ни слова. Принесла ему мокрое полотенце на нос, погладила кисти рук со сбитыми костяшками и позвала виталиста. К ужину Байдек был уже в форме: зашел в детскую, подхватил мальчишек на руки и направился в столовую.
Вечернее застолье прошло с привычным уже привкусом тревоги за кого-то из семьи.
И, как всегда, они изо всех сил делали вид, что все хорошо – будто эта оживленность и легкость могли убедить судьбу, что и с Ани, и с Полей ничего страшного не происходит. И что бы ни случилось – в конце концов вся семья снова будет сидеть за общим столом и болтать обо всем на свете.
А пока можно притвориться, что все в порядке.
Болтали маленькие принцы, лепетала в своем кресле уже пытающаяся вставать Мартинка. Святослав Федорович рассказывал о поездке в поместье, о том, как обживаются там бывшие соседи, Валентина с детьми и матерью, и Каролинка, ездившая с ним, оживленно кивала, вставляла реплики и что-то черкала вилкой на салфетке.
Алинка поела очень быстро и убежала дальше готовиться к оставшимся экзаменам, и ее провожали жалостливыми взглядами, в которых, тем не менее, виднелась гордость. А принцесса Марина была непривычно, до кротости, тиха и рассеянна – и только иногда в ее глазах загорались веселье и лукавство, и губы норовили расплыться в улыбке.
И эта улыбка так напоминала королеве собственное мечтательное состояние много лет назад, что она не могла не любоваться сестрой. И старалась прогнать тревогу за ее выбор подальше.
* * *В этот вечер телефонная связь между Инляндией и Рудлогом дрожала от затаенной нежности и разрывалась от невозможности передать словами желание быть рядом, вжаться в другого. Уткнуться в него и общаться синхронным дыханием и стуком сердец, легкими прикосновениями и теплом, согревающим в самую холодную зиму.
– Тебя не съели?
– Нет. Даже не покусали. Что делаешь?
– Думаю, что пора выкрасть тебя ещё раз.
Смешок.
– Ни капли терпения у вас, ваша светлость.
– Неправда. Если бы это было так, я бы тебя не отпустил.
Пауза и волнующий шепот:
– Может… может, и не нужно было.
– Марина, – опасные нотки в хриплом голосе, – я в течение двух часов буду у тебя.
Вздох и провокационное:
– А ты можешь?
– Я все могу.
– Нет. Не нужно, Люк.
