Королевский сорняк

А ты бы что предпочел, Кирилл? Виски?

Никто ему не ответил, что не помешало Писателю наполнить невысокий бокал для Тони и треть широкого хрустального стакана для Кирилла.

- Пейте, детки. Я сейчас.

Он подошел к Гере и что-то очень тихо ему сказал. Тот кивнул и, наказав собаке «сидеть», вышел. Пес замер, как изваяние.

- Гера сейчас для вас спальное место устроит. Время для сна еще раннее, но я устал. Мне нужно побыть в одиночестве, отдохнуть, поразмыслить… В общих чертах мне уже все ясно, но детали я пока не прописал.

Он вдруг улыбнулся и с легкой издевкой воскликнул:

- А что это вы бледненькие такие? Что не пьете? Чего испугались? Меня? Так я не кусаюсь! Это вот он кусается, - Писатель со смехом указал на питбуля. - Ласковейший пес, между прочим. Пока ему не даешь команду, так просто плюшевая игрушка для младенцев!..

Гера вскоре вернулся и сообщил, что все готово.

- Ну, подождем, пока дорогие гости закончат аперитив… Может, вам подлить?

Ни Тоня, ни Кирилл не ответили ему.

- Тогда прошу пожаловать, - писатель указал на дверь. - С вещами на выход.

Тоня подхватила свою сумку, и они с Кириллом снова оказались во дворе. Гера, не спуская с них глаз, поднял дверь гаража и зажег свет. Повинуясь его знаку, они вошли, Писатель остался снаружи. Садовник опустил за их спиной дверь гаража и прошел в его противоположный конец, где обнаружилась еще одна дверь, обычная. Он ее распахнул перед Тоней и Кириллом, и они увидели ступеньки, ведущие вниз.

Гера снова пропустил их вперед и последовал за ними по ступенькам сзади, чуть не наступая на пятки. Питбуль пытался пролезть через их ноги вперед, и Гера прикрикнул на пса.

- Вон матрас, - произнес Гера. - Одеяльце, подушки, - все как положено. Вон там бутылки с водой, если попить. А в том углу, - темновато, но вы разглядите, когда понадобится, - там ведро. Это если по нужде какой, - так туда. Рядом рулончик стоит.

И он ушел вместе с собакой. Прогрохотали замки запираемой металлической двери.

Тоня с Кириллом сели на матрас. Говорить не хотелось. Да и нечего было сказать…

Утром в понедельник, проснувшись рядом с любимой женщиной, Алексей терпеливо ждал, когда она изволит открыть глазки. Ему неотложно требовалась помощь Саши, но он знал, что она болезненно переносит недосып, и потому ждал.