Королевский сорняк

Говорят, что мужчины любят большую грудь… Любят? Но почему тогда не Тонину?

Нет, у мужчин есть какой-то секрет… Галка говорит, что фишка в том, как себя подавать. Но, спрашивается, почему надо себя подавать? Как блюдо в ресторане, что ли? На подносике? Декольте до пупа сделать, словно витрина продуктового прилавка: а ну, налетай? Вот вам сосиски, вот вам колбаса?! Нет уж, увольте! Тот, кому понадобится, сам ее разглядит! Разглядел же тот, двести сорок рублей… Красивый парень, что и говорить.

На такого девицы сами оборачиваются. А он - он разглядел ее, Тонины глаза! И, может, он еще снова придет…

Галка отнеслась к рассказанному эпизоду скептически:

- Да брось ты! Мужики знают, что женщин можно легко взять на комплименты, - вот и разбежались: пихают нам в уши невесть что! А ты уж прям и поверила!

- Борька твой что-то не разбежался, - хмуро заметила Тоня. - Все больше комплименты каким-то страшилкам отпускает. Да не им в уши, а нам с тобой! Вроде как хочет сказать, что мы ничего не стоим…

- Так ему же уже не надо меня завоевывать! - рассмеялась Галка.

- Он меня уже взял, чего ему теперь напрягаться… - Ее тон неожиданно сник и завис в воздухе тоскливой нотой.

Но на Тоню ее слова подействовали совсем иначе. «Завоевывать», - вот что она услышала! Раз блондин сказал ей такие слова, пусть даже пустой комплимент, - то, значит, он собирается ее завоевывать?!

- Ты бы видела, как серьезно он это сказал, - попробовала настоять Тоня, желая услышать от подруги что-нибудь обнадеживающее.

- Ой, да они все актеры такие! У тебя ведь опыта нет, ты не знаешь. А мне поверь: когда им от женщины чего надо, то целый спектакль разведут!…А Борька - он просто больше не прикидывается, - вдруг добавила она. - Ему не нужно прикидываться, потому что он меня любит, и я это и так знаю!

И снова Тоня из всей Галкиной речи удержала только одно: «когда им от женщины чего надо».

Значит, блондину что-то надо от Тони! Надо! Он ее за-во-е-вы-ва-ет. Вот как!

И, значит, он снова придет!

…Прошла неделя, потом другая. Блондин все не шел. Тоня готова была поверить, что он ей приснился, если бы не двести сорок рублей. Они были слишком материальны, они, как якорь, прочно удерживали красивого блондина в реальности. Он существовал, и он сказал, что в ее глазах можно утонуть! От этих слов кровь билась в висках.