Я осторожно погладила плечо парня. То ли ободрила, то ли поддержала. Несколько дней назад Вандерфилд совершенно серьезно предложил мне выдвинуть обвинение против его отца. Но я отказалась. Поступок Вандерфилда-старшего я никогда не пойму, но участвовать в разбирательствах тоже не желаю.
К тому же Эш любит свою семью. И своего отца.
Зато мы честно все рассказали королю. За закрытыми дверями его личного кабинета, слегка ошалевшие и одурманенные от оказанной чести. Говорил в основном Эш, я молчала, кивала и таращилась на его величество, сидевшего в соседнем кресле.
Вандерфилд рассказал про отца без утайки, и я увидела, как помрачнел Оквентин Третий. А теперь вот родителей Эша высылают.
Снова погладила теплое плечо, и Эш улыбнулся, прикрыв глаза. А я вздохнула с облегчением.
— После окончания ВСА ты займешь место рядом со мной, Аддерли.
— Что? — подавилась я. — В совете? Королевском совете? Ты шутишь?
— Нисколько. Это тоже уже решено. Ты станешь представительницей… ээ… народных слоев нашего общества.
Первой советницей, в которой не течет кровь основателей королевства. Кажется, именно для этого и была создана lastfata. Король сказал, что мы не имеем права игнорировать такое впечатляющее напоминание о человеческом равенстве. Королевству нужны изменения.
Некоторое время мы молчали. Эш, видимо, просто грелся на солнце, а я пыталась осмыслить свалившиеся на меня перспективы. Я, девочка из Котловины, сирота и нищенка, войду в королевский совет?
Я?!
Сяду рядом с высокомерными аристократами, почтенными старцами и богатейшими заклинателями королевства? Ужас какой!
— Не переживай, — хмыкнул белобрысый, — зная твой характер, скажу: ты еще и создашь с десяток новых законов.
А самое главное — заставишь совет их принять! Я еще не забыл, как ты сводила меня с ума, Аддерли! Ты самое упрямое создание на свете!
Я рассмеялась, и паника схлынула, словно ее тоже слизала волна. К тому же это все случится не завтра, у меня будет время привыкнуть.
Погладила рисунок шрамов на груди Эша:
— А знаешь, чему я научусь в первую очередь? — Вандерфилд лениво приоткрыл глаза. — Я научусь исцелять такие шрамы! Уверена, что у меня получится! Вот не знаю почему, просто чувствую! Настанет день, и я смогу вылечить твою руку, вот увидишь! Хотя… — Я потянулась и поцеловала сплетение белых полосок под сердцем, — ты мне любым нравишься!
Эш тихо вздохнул, рассматривая меня сквозь полуопущенные ресницы.
