Королевство гнева и тумана

Обаятельные, что меня уже не удивляло, ибо большинство фэйских мужчин отличались привлекательной внешностью и ладными фигурами. Оба при оружии. Скорее всего — дозорные Тамлина, несущие караул на границе. Возможно даже, когда-то они служили под началом отца Ианты.

— Приветствуем тебя, верховная жрица, — произнес один, глубоко поклонившись."

"Я привыкла к тому, что окружающие целовали серебряные кольца Ианты и просили ее помолиться за них самих, их близких и возлюбленных. Ианта принимала почести как должное.

— Здравствуй, Брон, — сказала она высокому фэйцу с каштановыми волосами, стоявшему слева. — И тебе привет, Харт, — обратилась она к черноволосому, уступавшему другу в росте, зато более крепко сбитому.

Затем Ианта кокетливо изогнула губы. Сигнал, означавший: Ианта искала того, кто разделит с нею постель на грядущую ночь.

— Давненько я не видела вас, дорогие возмутители спокойствия.

Последовало еще несколько кокетливых фраз. Я вдруг почувствовала, что Брон и Харт проявляют интерес и ко мне.

— Позвольте вам представить госпожу Фейру, — сказала Ианта. Она качнула капюшоном, затем почтительно склонила голову. — Если вы до сих пор не видели спасительницу Притиании, можете лицезреть ее во всем великолепии.

— Видели, — тихо ответил Харт, и они с Броном отвесили мне глубокие поклоны. — Мы видели тебя в Подгорье.

Я тоже наклонила голову.

— Поздравляем со скорой свадьбой, — произнес улыбающийся Брон. — Вполне достойный конец.

Видимо, он хотел произнести другое слово — например, «завершение». Если бы не усилия семи верховных правителей, у меня действительно был бы достойный конец. Горела бы сейчас в аду.

— Котел благословил всех нас союзом Тамлина и Фейры, — продолжала Ианта.

Фэйцы торопливо закивали, что-то бормоча. Мне не хотелось им отвечать.

— Я вот что скажу, — продолжал Брон. — До сих пор не могу забыть твой поединок с Мидденгардским червем. Потрясающе. Такого восхитительного зрелища я еще не видел.

Мне захотелось вжаться в стену и не думать об удушающем зловонии глины и разинутой пасти червя, готовой перемолоть меня острыми пиками зубов.

— Благодарю, — выдавила я из себя.

— Я слышала об этом ужасном событии, — сказала Ианта, придвигаясь ко мне.

Она больше не улыбалась.

— Потрясающая храбрость. Просто дух захватывает, — продолжала она.

Как же я была ей благодарна за это ободряющее прикосновение. За стиснутую руку.