Если вы причините мне хоть малейшую неприятность, мигом окажетесь в бесчувственном состоянии, что сильно убавит шансы приземлиться живой, поскольку тогда вы держаться не сможете.
Он ослабил нажим ровно настолько, чтобы она набрала воздуха в легкие, но даже сделав несколько судорожных глубоких вдохов, Дженни не могла унять дрожь.
– В окошко? – пробормотала она сдавленным голосом. – Вы с ума сошли? Тут до рва больше восьмидесяти футов.
Проигнорировав замечание, он выпалил из самого смертоносного орудия, бросив угрозу, наверняка гарантирующую отказ от сопротивления:
– Арик держит вашу сестру под стражей и не выпустит, пока я не дам сигнал.
Если какой-либо ваш поступок помешает мне этот сигнал дать, не хочу даже думать, что он с ней сделает.
Остававшиеся еще у Дженни силенки мгновенно испарились. Происходящее напоминало оживший кошмар, от которого невозможно очнуться. Завтра она все равно будет обвенчана с дьяволом, и что значит одна ночь по сравнению с предстоящими годами смятения и несчастья!
– Уберите руку, – слабо проговорила она.
– Я не закричу. Вы можете верить…
Последнее было ошибкой; она поняла это в тот же миг, как слова сорвались с губ, увидев, что лицо его окаменело от гневного презрения.
– Вставайте! – рявкнул он, сдергивая ее с кровати. Пошарив в темноте, наткнулся на бархатный свадебный наряд, разложенный на сундуке у изножья кровати, и сунул ей.
Прижав платье к груди, Дженни попросила дрожащим голоском:
– Отвернитесь!
– Может, еще и кинжал вам вручить? – холодно усмехнулся он и, не дав ей ответить, велел: – Одевайтесь!
Она надела платье, башмаки, темно-синий плащ, он тут же рванул ее к себе, и Дженни еще не успела сообразить, что он собирается сделать, как рот ее был замотан черной тряпкой.
Управившись, Ройс повернул ее и подпихнул к окну.
Она в страхе, словно в лицо собственной смерти, смотрела на высокую гладкую стену, уходящую отвесно вниз в глубокий черный ров, яростно затрясла головой, но Ройс, толкая ее, выудил из окна крепкую веревку и туго обвязал вокруг пояса Дженни.
– Держитесь за веревку руками, – безжалостно распорядился он, обвязываясь другим концом, – и отталкивайтесь от стены ногами. – Без колебаний поднял ее и поставил на подоконник.
Видя, что она с полными ужаса, вытаращенными глазами бессознательно вцепилась в оконную раму с обеих сторон, он коротко приказал:
– Вниз не смотрите. Веревка крепкая, я спускал грузы потяжелей вас.
Стон вырвался из груди Дженни, но он обхватил ее за талию и неумолимо пихнул вперед.
