– Он потратит большую часть дня, пытаясь убедить Гастингса и Дугала, что не повинен в заговоре, потом, потеряв наш след, начнет гадать, куда мы направились. Это займет у него много времени. Скачи в Клеймор и убедись, что все готово к возможному нападению.
Неохотно кивнув, Стефан развернул коня и умчался.
– Заговор? – горячо поинтересовалась Дженни, хмуро глядя на своего неразговорчивого похитителя. – Какой заговор?
– До чего же вы хитрая маленькая бестия, – заметил Ройс, хватая ее за талию и сдергивая с седла.
– Вам прекрасно известно, какой заговор. Вы были его участницей. – Он схватил ее за руку и поволок к дверям монастыря, не обращая внимания на тяжелый промокший плащ Дженнифер. – Хотя, – едко добавил он, – мне трудно вообразить, чтобы женщина с таким пламенным темпераментом, как у вас, действительно обрекла себя на жизнь в монастыре вместо брака с мужчиной – с любым, включая меня."
"– Я не понимаю, о чем вы говорите! – вскричала Дженни, в смятении гадая, какие новые ужасы могут ожидать ее в мирном монастыре, особенно в этом, казавшемся почти пустым.
– Я говорю об аббатисе из Ландаггена, прибывшей в замок вчера вечером во время празднества в сопровождении небольшой собственной армии, и вы это отлично знаете, черт побери, – отрывисто говорил он, занося кулак и властно колотя в тяжелую дубовую дверь. – Их задержал дождь, вот почему ваш благочестивый брат Бенедикт вынужден был притвориться больным, чтобы отложить церемонию.
Негодование сковало грудь Дженни, она обернулась к нему, гневно сверкая глазами:
– Во-первых, я в жизни не слышала ни о Ландаггене, ни о тамошнем аббатстве. Во-вторых, какая разница, приехала аббатиса или нет? А теперь, – напыщенно проговорила она, – скажите мне вот что: если я правильно понимаю, вы вытащили меня из постели, спустили по стене замка, протащили в грозу через всю Шотландию и привезли сюда потому, что не желаете отложить ни на один день женитьбу на мне?
Дерзкий взгляд ощупал ее обнаженную мокрую грудь, и Дженни мысленно съежилась от презрения, сквозившего в этом взгляде.
– Вы неправильно понимаете, – колко ответил он. – Только угроза смерти вкупе с угрозой разорения заставила меня согласиться вас взять.
Размахнувшись, он с нетерпением грохнул в дубовую створку, которая распахнулась, явив вежливый лик удивленного монаха.
