– Шотландским сокровищем!
Он заметил, как от этих слов в ее глазах мелькнула вспышка гнева, она, вырываясь, дернула головой, но отважный поступок не тронул, а разозлил его. Все, что было связано с именем Меррика, приводило его в ярость, заставляло кипеть жаждой мести, и он обеими руками обхватил бледные, покрытые грязью щеки девушки, грубо дернул к себе ее голову и грозно потребовал:
– Отвечай!"
"Бренне в ее близком к истерике состоянии вдруг показалось, что Дженни каким-то образом приходится расплачиваться за вину, за которую по справедливости должна держать ответ она, Бренна, и, цепляясь за юбку сестры, девушка неуверенно поднялась на нетвердых ногах и прилепилась к Дженни сбоку всем телом словно сиамский близнец.
– Так называют не Дженни, – прохрипела она, уверенная, что длительное молчание сестры обязательно приведет к жестокому возмездию со стороны свирепого великана, стоящего перед ними. – Так… так называют меня.
– А ты кто такая, черт побери? – бешено спросил он.
– Она никто! – выпалила Дженни, нарушая восьмую заповедь[5] в надежде, что Бренну, возможно, освободят, если поверят, что она монахиня, а не Меррик.
– Просто сестра Бренна из Белкиркского аббатства!
– Правда? – обратился Ройс к Бренне.
– Да! – крикнула Дженни.
– Нет, – слабо шепнула Бренна.
Сжав кулаки, Ройс Уэстморленд на миг закрыл глаза. После форсированного марша у него не осталось ни продовольствия, ни крыши над головой, ни терпения. А теперь еще это. Теперь он даже не может добиться толкового, честного ответа от двух перепуганных женщин.
Он вдруг понял, до чего устал, до чего вымотался за три дня и три бессонные ночи, и повернул осунувшееся лицо с горящими глазами к Бренне.
– Если ты еще надеешься прожить хоть час, – произнес он, безошибочно догадавшись, что из сей парочки она скорее испугается и поэтому вряд ли сумеет пуститься на хитрость, – ты сейчас скажешь мне правду. – Острый взгляд впился в распахнутые от ужаса ореховые глаза Бренны и парализовал ее. – Ты дочь лорда Меррика или нет?
Бренна перевела дыхание, попробовала заговорить, но не могла вымолвить ни слова дрожащими губами.
Чувствуя полное поражение, она наклонила голову и просто кивнула. Удовлетворенный Ройс метнул убийственный взгляд на чертову кошку в скромном монашеском одеянии и отвернулся, отдавая короткий приказ брату:
– Свяжи их и сунь в палатку. Поставь Арика на страже, чтобы уберег их от мужчин. Они обе нужны мне живыми для завтрашнего допроса.
