– Лук и… – Дженни ужасно сконфузилась, но тут заметила легкое подрагивание его широких плеч, выдававшее смех, и покачала головой с шутливым укором. – Так или иначе, лорд Болдер решил – совершенно справедливо, – что на всей земле недостанет драгоценностей для того, чтобы он взял меня в жены. А через несколько месяцев я совершила другую непростительную глупость, – сказала она, серьезнее глядя на Ройса, – и отец решил, что я нуждаюсь в более твердой руководящей руке, чем рука моей мачехи.
– Какую же непростительную глупость вы совершили на этот раз?
Она помрачнела.
– Я бросила Александру открытый вызов: либо он возьмет назад все, что рассказывает обо мне, либо пусть встретится со мной на поле чести – на местном турнире, который мы ежегодно устраиваем близ Меррика.
– И он отказался, – сказал Ройс с иронической усмешкой.
– Конечно. Поступи он иначе, это стало бы для него бесчестьем. Кроме того, что я девушка, мне было всего четырнадцать, а ему двадцать. Меня ничуть не заботила его честь, потому что он был… не очень хорошим, – мягко добавила она, но в трех этих словах прозвучало нешуточное страдание.
– А вы пытались когда-нибудь защитить свою честь? – спросил Ройс с незнакомым уколом в сердце. Она кивнула, и тень печальной усмешки коснулась ее губ.
– Несмотря на приказ отца даже близко не подходить к месту турнира, я упросила нашего оружейника одолжить мне доспехи Малькольма и в день битвы, никому не сказавшись, выехала на ристалище и встретилась с Александром, который часто отличался в поединках.
Ройс ощутил, как у него леденеет кровь при мысли о ней, выезжающей на поле навстречу взрослому мужчине, вооруженному копьем.
– Вам повезло, что вы только вылетели из седла, а не убились насмерть.
Она фыркнула:
– Это Александр вылетел из седла.
Ройс уставился на нее в немом изумлении:
– Вы его вышибли?
– Некоторым образом, – усмехнулась она. – Представляете, как только он приготовился нанести мне удар копьем, я подняла забрало и показала ему язык. – И добавила: – И он сразу свалился с коня.
Оглушительную тишину разорвал хохот Ройса. Рыцари и оруженосцы, наемники и лучники вокруг маленькой поляны побросали дела и уставились за деревья, над которыми грохотал смех графа Клеймора.
Сумев наконец отдышаться, Ройс посмотрел на нее ласковым, полным восхищения взглядом:
– Ваша стратегия великолепна. Я посвятил бы вас в рыцари прямо на поле.
– Отец мой совсем не испытывал подобного побуждения, – беззлобно сказала она.
