Я перевела взгляд на горы, вытатуированные у него на коленях.
Знак его… нашего двора. Обещание не склоняться ни перед кем кроме своей короны… и меня.
Мой. Риз был моим. Я послала эту мысль по связующей нити.
Никаких игр, никаких промедлений. Я хотела ощущать Риза на себе и в себе, обнимать его, дышать вместе с ним. Конечно же, все это передалось ему по связующей нити.
Не сводя с меня глаз, Ризанд с кошачьей грациозностью придавил меня своим телом. Наши пальцы переплелись. Он коленкой развел мои ноги и приготовился войти в меня.
В отличие от поцелуя, каждое движение было исполнено величайшей нежности. Риз осторожно отвел наши сомкнутые руки мне за голову и прошептал:
— И ты тоже моя.
Я вновь потянулась к его рту. Движения наших языков перекликались с его осторожными толчками внутри меня.
Дома. Я была дома.
Войдя в меня целиком, Риз замер, выжидая, пока мое лоно привыкнет к его щедрому «мужскому достоинству». Я думала, что взорвусь, превращусь в поток лунного света и пламени.
Мне даже казалось, что я не выдержу такого напора силы.
Я всхлипывала. Мои пальцы замерли на его спине, рядом со сложенными крыльями. Риз чуть отстранился, читая по моему лицу."
"— Больше мы не расстанемся, — пообещал он.
Его толчки возобновились, изводя меня своей медленностью. Риз целовал мой лоб, виски.
— Фейра ты моя дорогая…
Я качнула бедрами, требуя, чтобы он вошел еще глубже. Мне хотелось сильных и резких его толчков. Риз подчинился.
С каждым толчком, с каждым вздохом и стоном связующая нить, которую я столько времени таила глубоко внутри, становилась крепче и сияла ярче.
Когда она обрела прежнюю силу и яркость, меня накрыло оргазмом. Моя кожа вспыхнула, как новорожденная звезда.
Риз это видел. Я осмелилась коснуться чувствительного пространства у него под крылом. Риз выкрикнул мое имя и затопил мне лоно потоком семени.
Я крепко держала его в объятиях, пока струи не ослабели и не исчезли совсем. Риз оставался во мне. Мы были единым целым, испытывая давно забытое наслаждение.
Проходили минуты. Мы лежали не шевелясь, слушая звуки нашего успокаивающегося дыхания. Они казались нам прекраснее любой музыки.
Потом Риз слегка приподнялся и взял мою правую руку. Он целовал завитки темно-синей татуировки. У него дрожал кадык.
— Я скучал по тебе. Не то что каждый день — каждое мгновение. Не только по нашим слияниям. — (Тут я снова застонала.) — По нашим разговорам. По твоему смеху.
