Отцам они были не нужны, да и матери не слишком радовались такому потомству. И все же большинство полукровок оставалось жить с матерями, в человеческих семьях. Но как только появилась стена, полукровки стали для людей бельмом в глазу… Напоминанием обо всем, что фэйцы делали со смертными. Словом, напоминанием о врагах, затаившихся по ту сторону стены. В лучшем случае полукровки становились изгоями. Их дети, если тем передавалось даже отдаленное сходство с фэйцами, — тоже. Ну а в худшем… Люди в первые годы после сооружения стены были злыми.
Злость сохранялась, пока то поколение не вымерло. Им хотелось, чтобы кто-то заплатил за их прежнее рабство и за прежние страдания. Полукровки гибли по ложным наветам. На них сваливали чужую вину. Они вообще были виноваты всегда и во всем.
Риз остановился напротив дверей, и те распахнулись от легкого дуновения ветра, словно гора ожила.
— А что было с полукровками по… нашу сторону стены?
— Они оказались на самом дне. Ниже, чем самый последний оборванец-фэйри.
Их отовсюду гнали, не давали никакой работы. Кто побирался. Кто торговал собой на улицах городов.
— И даже в Веларисе?
— Тогда верховным правителем еще был мой отец. Мы не допускали людей на свои земли: ни рабов, ни свободных. И после появления стены положение не изменилось. Добавлю, что в пределы Двора ночи и не стремились, наслушавшись ужасов о нас.
— А когда верховным правителем стал ты?
За открывшимися дверями простирался сумрак. Риз стоял, словно не решаясь переступить порог.
— К тому времени большинству полукровок уже не требовалось пристанища. Человеческая природа почти всегда одерживала верх. Они старели, дряхлели и умирали. И потом… трудно предлагать убежище, не имея возможности объяснить, в каком оно будет месте. Мы были вынуждены поддерживать образ жестокого и кровавого двора.
Звездный свет в глазах Риза потускнел.
— За многие годы пристанище у нас нашли всего несколько полукровок. Остальным мы уже ничем не могли помочь.
В темноте что-то двигалось, но я смотрела только на лицо Риза, на его напрягшиеся плечи.
— Если стена рухнет… — начала я, не в силах закончить вопрос.
Риз сплел наши пальцы.
— Да. Если кому-то, будь то люди или фэйри, понадобится пристанище… этот город их примет. Веларис долгое время оставался закрытым. Пожалуй, чересчур долго. Если здесь появятся уроженцы других мест, с другой историей и культурой… я не считаю, что их появление плохо отразится на городе. Скорее наоборот.
