Правда могу, но король с королевой…
– Будут потрясены и, наверное, сильно разозлятся, что я женился на девушке, которую они в глаза не видели, не говоря уже о том, что она всего лишь полукровка и когда-то была Девой, – оборвал его Кастил. – Но как только они ее узнают, все это станет неважно. Они полюбят ее так же горячо, как и я.
Мое сердце дрогнуло и сжалось. Я посмотрела на Кастила и поняла – поняла, что он не собирался говорить последнюю фразу; по крайней мере, не собирался говорить ее так. Его удивление было резким и холодным, и как только его взгляд встретился с моим, я отвернулась.
Сглотнула, подавляя прерывистый выдох, и спросила:
– Как Беккет?
Вонетта уже рассказала, что юный вольвен ходит, лишь слегка прихрамывая, но пришла пора сменить тему.
– Он как будто вообще не получал травму, – ответил Аластир. – То, что ты с ним сделала…
– Я только пыталась облегчить его боль, – снова сказала я. – Я даже не знаю, смогу ли еще раз сделать что-то подобное.
Аластир кивнул, но, судя по его виду, он ни в чем не убежден.
Потом он ушел. Оставшись вдвоем с Кастилом, я повернулась к нему.
– Весело было, правда? – спросил он.
Я не поняла, с каким выражением он это произнес, но рассмеялась.
– Я еле выдержала.
Он улыбнулся, и его тело наконец расслабилось в соответствии с позой.
– Понимаю.
Я скользнула по нему взглядом и… обнаружила, что его гнев и раздражение растаяли. Осталась печаль, которая таилась под ними, и еще странное ощущение удовлетворенности.
– Ты читаешь мои эмоции?
– Нет.
– Я помолчала. – Что-то вроде того.
– Что это значит?
– Я точно не знаю. – Я опустила взгляд на свои руки. – С тех пор, как я проснулась сегодня утром, я могу читать эмоции, не открываясь, не сосредотачиваясь. Я смотрю, и если хочу знать… то знаю.
– А если не хочешь знать?
Я нахмурилась.
– Тогда нет. Не знаю, может, в толпе все будет иначе.
– Потому что толпы иногда тебя захлестывают.
Он помнит. Я кивнула.
– Это… – Он замолчал, и я глянула на него. – Что я сейчас чувствую?
– Э… любопытство.
Не тревогу.
Кастил наклонил голову.
– С чего бы мне чувствовать тревогу?
– Разве ты не беспокоишься, что у меня разовьются другие способности эмпатов?
– Если ты думаешь, будто меня волнует, что ты станешь Пожирательницей душ и начнешь питаться моими эмоциями, ты зря тратишь силы.
Я нахмурилась.
– Надеюсь, ты такого не подумаешь.
– Я думаю, что все это – изумительно. Ты изумительная.
Я возвела глаза к потолку.
– Особенно когда заткнула Аластира.
