– Умная девочка, – пробормотал он, убирая прядь волос, упавшую мне на плечо. – Считается, что эта линия на ладони соединяется с сердцем. Вот почему отпечаток делают здесь.
– Красиво, – призналась я.
– Да.
Я почувствовала на себе его взгляд. У меня перехватило дыхание.
– Не знаю, как тебе, но мне все это кажется примечательным, – добавил он, проводя пальцами по моей шее сзади и потом по изящным цепочкам ожерелья. – Прошло несколько столетий с тех пор, как Никтос выражал свое одобрение союзу.
У меня участился пульс.
– Со свадьбы твоих родителей."
"– Да, насколько я знаю. Отец этим хвастался. Рассказывал всем, кто слушал, что после завершения церемонии день превратился в ночь. Мы с Маликом ему не верили, но он не лгал.
– И с тех пор Никтос ни для кого так не делал?
– По-видимому, нет. Это хорошие новости, Поппи.
– В отличие от дерева из Кровавого леса, что появилось в Новом Пристанище?
– Мы не знаем, хороший то был знак или плохой, – ответил Кастил. – Знаем только, что это было очень странно.
Я рассмеялась, не в силах сдержаться.
Это так хорошо – не бороться со смехом или улыбкой и быть счастливой.
На лице Кастила опять появилось то же выражение, что и когда я шла к нему перед церемонией. То самое, которое появлялось всякий раз, когда я смеялась или улыбалась.
– Почему? – Меня переполняло любопытство. – Почему у тебя такой вид, когда я смеюсь? Или улыбаюсь?
– Потому что смех твой прекрасен, и улыбка тоже, и ты не так часто это делаешь. – Он посмотрел на мою руку, и на его щеках появился легкий румянец.
– И каждый раз, когда я слышу твой смех, мне кажется, будто я уже слышал его раньше – я имею в виду, еще до того, как с тобой познакомился. Это как дежавю, но иначе.
Мне вспомнились слова Киерана.
– Что такое сердечная пара? – выпалила я.
Кастил перевел взгляд на меня.
– Как ты могла слышать о сердечных парах, но не знать о брачных отпечатках?
– Ну… – протянула я. – Понимаешь, этот связанный с тобой вольвен часто изрекает что-то очень туманное и по большей части бесполезное.
Кастил рассмеялся.
– Ну да, водится за ним такое. Он говорил тебе о сердечных парах? Когда?
– Несколько дней назад.
Казалось, с тех пор прошла целая вечность.
– Он сказал, что думает, будто мы – сердечная пара, и я решила, что он спятил. Он не объяснил, что это означает, только добавил, что это сильнее кровных линий и богов.
– В самом деле туманно.
На губах Кастила заиграла улыбка. Выражение его лица было усталым, но настоящим. Наметились обе ямочки.
