Они живут столько, сколько и обычные смертные, однако редко страдают от болезней.
– Хотя их кровью можно кормить представителей первичной линии и создавать с ее помощью вампиров, но им после Отбора не нужна кровь, правда? – уточнила я, осознав, что не коснулась этого вопроса в разговоре с Кастилом.
Киеран поднял бровь.
– Да. Им не нужна кровь.
Я восприняла ответ с облегчением, хотя кровь Кастила на вкус была ни с чем не сравнима.
– Представителям первичной линии нужна обычная еда? А вампирам?
Я видела, как Кастил ел, и видела, как ели Вознесшиеся.
– Представители первичной линии могут долго прожить без пищи, но тогда им чаще нужна кровь. Вампиры могут есть, но необходимости в этом нет. Пища нисколько не утоляет их жажду крови.
Я остановилась на ступеньках.
– А те, кто частично смертные… это у них глаза орехового цвета, но с золотистым оттенком?
– Ты верно предположила.
– Тогда почему у меня зеленые? Ни у одного из моих родителей глаза не были ореховыми.
У мамы могли быть золотисто-карими, но я почти уверена, что они были просто карими.
Он посмотрел на дверь.
– Если у твоих отца или матери была атлантианская кровь, это не значит, что они были чистыми атлантианцами. Они могли быть вторым поколением, или же тебя подводит память насчет цвета их глаз.
Я нахмурилась.
– Я помню цвет их глаз.
Он перевел взгляд на меня.
– А еще возможно, что ни один из них не был твоим родителем.
Я опять чуть не споткнулась.
– То есть они просто нашли меня в поле или еще где-то и решили взять к себе?
– Смертные часто поступают необъяснимо и странно, Пенеллаф.
– Ну и пусть.
Я пыталась принять множество вещей, которые казались невозможными. Но только не то, что мои родителя оба были мне неродными.
– А есть еще… другие кровные линии?
– Есть.
Я ждала продолжения, а он просто смотрел на меня.
– Так ты будешь про них рассказывать?
В его светлых глазах мелькнуло веселье.
– Когда-то линий было много. Однако большинство вымерли либо естественным путем, либо во время войны.
Еще одна линия – перевертыши, хотя их численность сильно сократилась.
– Перевертыши? – медленно повторила я слово, которого раньше никогда не слышала.
– Большинство из них принадлежат двум мирам и способны менять облик.
– Как вольвены?
– Да. Некоторые. – Он опять перевел взгляд на дверь и прищурился. – Многие считают их дальними родичами вольвенов, отпрысками божества и вольвена.
