Королевство шипов и роз

Пахло намного сильнее и острее, но я не могла повернуться и взглянуть на него. У меня словно онемела шея. Я — бессмертная фэйская женщина. Что они сделали со мной?

Я слышала, как Тамлин задержал дыхание, потом выдохнул. Я слышала множество других звуков. Кто-то шумно дышал, кто-то всхлипывал. Собравшиеся перешептывались, не решаясь громко радоваться случившемуся. Они смотрели на нас. На меня. Кто-то возносил хвалу блистательной магической силе верховных правителей.

— Это был единственный способ вернуть тебя к жизни, — тихо сказал Тамлин.

Я посмотрела на стену и невольно схватилась за горло, напрочь забыв про ошеломленную толпу.

На полу, под разложившимся телом несчастной Клеры, лежала Амаранта. Ее рот был открыт, во лбу торчал вонзенный меч. Из разорванного, вывернутого наизнанку горла продолжала капать кровь, сливаясь с цветом платья.

Амаранта мертва. Все ее рабы свободны. Я свободна. Тамлин…

Амаранта мертва. Но до ее гибели я убила двоих фэйцев. Я…

Наконец мне удалось встряхнуть головой.

— А ты… — начала я, поражаясь, насколько громче стал мой голос.

Усилием воли я оттолкнула черную стену, угрожающую меня поглотить. Амаранта мертва.

— Посмотри сама, — ответил Тамлин, поняв мой вопрос.

Я повернулась. На красном мраморном полу лежала золотая маска и глядела на меня пустыми отверстиями для глаз.

— Фейра, — прошептал Тамлин, осторожно поворачивая мое лицо к себе.

Вначале я увидела знакомый подбородок, потом знакомый рот, а потом…

Лицо Тамлина было в точности таким, каким я его себе представляла.

Он улыбнулся. На его лице светилась тихая радость, которую я успела полюбить. Тамлин снова откинул мои непослушные волосы. Я наслаждалась теплом его пальцев, гладящих мои щеки. Потом сама погладила его, проведя пальцами по высоким скулам, его прекрасному прямому носу, широкому лбу, изогнутым бровям, что так изумительно окаймляли его зеленые глаза.

Но прежде чем встать, привыкая к новому телу и новой жизни, я… И снова я напрягла волю, отталкивая темные мысли. Потом, через минуту, через час или через день, я задумаюсь об этом, окажусь лицом к лицу с тем, что сделала.

Я приложила руку к груди Тамлина. Ладонь ощущала ровное биение его сердца, и удивительный звук отзывался внутри меня.

* * *Я сидела на краешке кровати. Мне казалось, что в нынешнем, бессмертном состоянии я буду гораздо легче переносить боль, а исцеление станет почти мгновенным. Увы! Я не раз вздрагивала, пока Тамлин осматривал оставшиеся раны и исцелял их.