Королевство шипов и роз

Я густо покраснела, мне стало страшно: вдруг он догадается, что я задумала каким-то образом предупредить семью о возможной беде?

— Помочь? Или посмеяться над неграмотной смертной девчонкой?

Тамлин положил книги на стол. Я не могла прочитать даже названий на корешках.

— Почему я должен смеяться над твоим недостатком? Во-первых, ты в этом не виновата. А во-вторых, его можно исправить. Давай я тебе помогу. Считай это моей благодарностью за перевязанную руку.

Недостаток. Да, недостаток, и очень досадный в нынешних условиях.

Одно дело перевязать ему руку, забыв, что в нем таится хищник, умеющий разрушать и убивать. И совсем другое — признаться в своем почти полном невежестве. Часть меня по-прежнему оставалась маленькой девчонкой, которую забыли научить не только грамоте, но и многому другому, чему взрослые должны учить своих детей…

Трудно разглядеть что-либо на лице, больше половины которого скрыто маской. В его голосе я не уловила и намека на жалость.

— Я сама справлюсь.

— Думаешь, у меня нет других занятий, кроме поиска хитроумных способов поиздеваться над тобой?

Мне вспомнились едва заметные очертания наших земель на карте. Художник считал людей никчемностями. Сильно ли Тамлин от него отличался? Я не знала, как ответить. Слова, приходящие на ум, были далеко не вежливыми. Достаточно того, что я оказалась в пожизненном плену.

Не дождавшись ответа, Тамлин покачал головой и с упреком произнес:

— Ласэну ты позволяешь брать тебя на охоту и…

— Ласэн такой, какой есть, и не пытается казаться иным, — перебила я.

Говорила я тихо, но с нескрываемым раздражением.

— Как прикажешь понимать твои слова? — прорычал Тамлин.

Его пальцы сжались в кулаки, однако когти он не выпустил.

Я приближалась к опасной черте. И пусть. Если Тамлин поселил меня в своем роскошном поместье, это еще не значит, что я должна пресмыкаться перед ним.

— А так и понимать, — с холодным спокойствием ответила я. — Я тебя не знаю. Не знаю, кто ты на самом деле и чего тебе надо от меня.

— Стало быть, ты мне не доверяешь.

— Могу ли я доверять фэйри? Вы же нас ни во что не ставите. Поиздеваться над человеком, потом убить — для вас это пара пустяков.

От его рычания начали гаснуть свечи.

— Есть разные фэйри, и есть разные люди. Ты отличаешься от моих представлений о твоих соплеменниках."

"Он затронул мою глубокую душевную рану. Она открылась, и оттуда полились слова, которые слышала только я.