В стойле стоял черный как ночь астерионский жеребец и смотрел на людей темными древними глазами.
Шаол попятился назад, недоуменно разводя руками.
— Это подарок для принца, а не…
— И слушать не хочу, — прищелкнул языком Дорин. — Я очень обижусь, если ты не примешь мой подарок.
— Честное слово, я не могу, — пробормотал Шаол, умоляюще глядя на Селену.
Селена пожала плечами.
— У меня когда-то была астерионская кобыла, — сказала она, входя в стойло и протягивая к жеребцу руку. — Ее звали Касида.
Селена улыбалась воспоминаниям, поглаживая бархатный нос коня.
— На языке Красной пустыни это означает «пьющая ветер». Она была похожа на штормовое море.
— Как тебе удалось приобрести астерионскую кобылу? — спросил Дорин. — Они же стоят намного дороже жеребцов.
Впервые за много недель он задал ей обычный вопрос.
Селена хищно улыбнулась:
— Я ее не приобретала. Я ее украла у правителя города Сандри.
Оба ее спутника разинули рот. Глядя на них, Селена не выдержала и засмеялась:
— Клянусь Вэрдом, это чистая правда.
Как-нибудь я расскажу вам всю историю.
Она подтолкнула Шаола к стойлу. Жеребец ткнулся носом в руку капитана. Человек и животное смотрели друг на друга.
Дорин продолжал наблюдать за Селеной, но, увидев, что она это заметила, повернулся к Шаолу:
— Наверное, пока еще рано спрашивать, как ты собираешься отпраздновать свой день рождения.
— У нас есть кое-какие замыслы на этот счет, — вдруг выпалила Селена, не дав Шаолу и рта раскрыть.
Она вовсе не хотела обидеть принца. Просто она… просто она уже несколько недель раздумывала, как отметить грядущее событие.
— У нас? — недоверчиво спросил Шаол.
Селена наградила его ядовито-сладкой улыбкой:
— Я имела в виду не… астерионского жеребца.
Глаза Дорина вспыхнули.
— Надеюсь, вы славно повеселитесь, — сказал он.
Шаол торопливо повернулся к коню. Селена и Дорин смотрели друг на друга. То, знакомое выражение его лица вдруг исчезло. И Селене стало немного горько. Она часто вспоминала того Дорина, с кем провела столько замечательных вечеров.
Сейчас она с трудом выдерживала его взгляд.
Поздравив Шаола с замечательным подарком, Селена поспешила уйти из конюшни. Вернуться во двор она не решалась. Судя по шуму и крикам толпы, Холлин уже появился там и открывал занавески на клетках. Селена пошла к себе, стараясь не думать о железных зубах ведьмы и словах, брошенных Желтоногой им в спину. Нечто подобное сказал ей Морт в ночь лунного затмения.
Возможно, в ней говорила интуиция.
