Когда танец заканчивался, он кланялся партнерше, надеясь немного передохнуть. Но увы, уже другая придворная дама приседала перед ним в реверансе, рассчитывая на несколько минут его внимания. Окажись Шаол в его шкуре… такое было трудно себе представить. Терпения у капитана хватило бы от силы на двух или трех партнерш. А Дорин учтиво улыбался, подавал очередной даме руку и шел с нею танцевать.
Шаол повернулся к окну и обомлел: Селены на посту не было. Ни возле балконной колонны, ни рядом.
Он выругался сквозь зубы. Завтра у них с королевской защитницей состоится долгий разговор о правилах несения караульной службы и последствиях самовольного ухода с поста.
Но сейчас Шаол сам нарушил устав: он покинул нишу и проскользнул сквозь приоткрытые двери. Их специально не закрывали, чтобы проветривать душный зал.
Куда, черт побери, она могла исчезнуть? Может, заметила какую-то угрозу? Хотя атаковать замок не решились бы самые отчаянные смельчаки, а во время торжеств внешняя охрана всегда усиливалась.
Опустив руку на эфес меча, Шаол направился к колоннам в верхней части лестницы, которая вела вниз, в заснеженный сад.
Наконец Шаол увидел Селену. Она действительно покинула свой пост, но не потому, что заподозрила угрозу.
Шаол опешил. Такого он от нее не ожидал. Селена отправилась танцевать.
Музыка играла очень громко, и ее звуки легко проникали в сад. Там, у подножия ступеней, Селена танцевала сама с собой. Одной рукой она придерживала полу плаща, воображая, что это бальное платье. Другая рука держала руку невидимого партнера.
Шаол не знал, как ему быть: рассмеяться, наорать на нее или тихо вернуться в зал, сделав вид, что это ему почудилось.
Селена сделала элегантное па, повернулась и… замерла."
"Теперь Шаол уже не мог просто вернуться в зал. Осталось одно из двух: засмеяться или накричать. Ему не хотелось ни того ни другого.
Селена нахмурилась, застегивая плащ:
— Я устала стоять столбом и окоченела на морозе.
Капитан молча смотрел на нее.
— Это ты виноват, — продолжала Селена, засовывая руки в карманы плаща.
— Ты заставил меня здесь стоять. Кто-то приоткрыл балконные двери. Музыка была такой красивой…
Музыка и сейчас была красивой, и ее звуки оживляли холодный зимний сад.
— Так что сам подумай, кто тут виноват. Это все равно что поставить голодного человека у пиршественного стола и запретить прикасаться к еде. Между прочим, ты так и сделал. Недавно. На обеде в честь Холлина.
Селена продолжала свой торопливый монолог. Шаол понял: она болтает с перепугу.
