Коронация

Всегда был таким, какой есть: сложным, эгоистичным, тяжелым, упрямым… Но я знал, тогда, в школе, она смогла меня полюбить. Она была готова открыть мне своё сердце. И я верил, что и сейчас смогу растопить его своими горячими поцелуями… Я так верил в неё, в нас…

«Ну, почему, Алисия, ты ведь такая мудрая девочка, почему ты повторяешь мои ошибки?! Ведь я знаю, что больше всего на свете ты мечтаешь оказаться рядом со мной, и хотя бы просто попробовать…

Я заглядывал в твои глаза на исходе ночи, когда ты позволила мне любить тебя.

И я успел прочитать в них всё! В твоих больших синих глазах больше не было льда. Я видел в них лишь абсолютную нежность, адресованные мне, мужчине, способному изменить ход событий твоей жизни! Только я могу сделать тебя счастливой, и ты об этом прекрасно знаешь, моя упрямая девочка… Поэтому я приложу все усилия, чтобы отыскать тебя, чего бы мне это не стоило…» – поддавшись какому-то необъяснимому порыву, губы сами собой шептали все эти слова…

Я домчался до её дома в Бруклине за считанные минуты.

Нарушил всё, что можно было только нарушить, но сейчас был готов оплатить многозначный штраф – плевать на всё, лишь бы успеть застать Алисию дома!

Притормозил около знакомого подъезда и быстро поднялся по лестнице на четвертый этаж. Ноги сами принесли меня к двери, которую я вчера выбил ботинком левой ноги. Остановился в холле, наблюдая за тем, как какой-то мужик устанавливает дверь на свое место.

– Дай я пройду в квартиру! – оттолкнул его, и тут же проник внутрь.

– Эй, ты куда? Ты кто такой? – послышалось мне вслед, но я не стал отвечать.

– Мужчина, что вам здесь нужно? – в коридор вышла пожилая ухоженная женщина с короткой стрижкой под боб.

– А где Алисия? – спросил, предчувствуя ответ, который вряд ли меня порадует.

– Мисс Блейк съехала отсюда два часа назад! Она отдала ключи и оплатила непредвиденные расходы… – женщина нахмурилась, и покосилась на дверь.

– Она сказала, где теперь будет снимать квартиру?!

– Да я и не спрашивала, зачем мне это?! – ответила вопросом на вопрос, и я тяжело вздохнул, а затем развернулся и вышел.

В очередной раз набрал Алисии, но вместо коротких гудков услышал равнодушное: «абонент не доступен». Вот черт! Тихо выругался и почувствовал какое-то тупое бессилие. Я бы примчался за ней хоть в преисподнюю, если бы знал точный адрес. Но беда заключалась в том, что понятия не имел, куда ехать…

Вчера во время своего прощального выступления, она упоминала про прослушивание в каком-то Бродвейском мюзикле.