— Если она откроет такой бизнес в Лондоне, ее схватят и предадут суду магистратов как авантюристку, и правильно сделают, — объявил Джон. — Эта дама глупа как пробка.
— Она очень хорошая и добрая женщина, господин Боуринг.
— Ну, она, конечно, имеет хорошего защитника в вашем лице, мисс Тревик. — пожал плечами миллионер, а потом резко сменил тему разговора. — Где же ваш отец?
— Где-то тут, — ответила Дерика, оглядываясь. — Вы хотите еще раз увидеть его?
— Не сейчас. Я собираюсь уехать часов в пять и не прочь увидеться с ним до этого.
До Грандж путь неблизкий, но у меня быстрая машина. Прежде чем уехать, я хотел бы поговорить с вами.
— Со мной? — удивилась мисс Тревик. У нее не было почти ничего общего с этим стариком.
— Да.
С этими словами Джон отвел девушку в укромный уголок, где стояла садовая скамейка, и кивнул, предлагая ей присесть. По его лицу было видно: этот человек привык, чтобы ему подчинялись.
— Мы с вашим отцом говорили о вас, — резко объявил господин Боуринг, когда Дерика устроилась на скамейке.
— Да? — холодно отозвалась она и внимательно уставилась голубыми глазами на огрубевшее лицо миллионера. Мисс Тревик не знала, что ответить, потому что и представления не имела, о чем идет речь. Боуринг, как она чувствовала интуитивно, был не таким уж простым человеком.
— Вы мне кажетесь девушкой весьма разумной, — сказал он.
— Спасибо за комплимент. Но я хотела бы знать, в чем дело?
— Я слышал, как ловко вы управляетесь с домом, а заодно и со своим отцом — он, между нами, всегда был простаком.
— Откуда вы все это знаете?
— Ваш отец был со мной в Африке в те годы, когда вы были крошечной девочкой. Он вернулся домой примерно в то время, как умерла ваша мать, и притом без гроша. А я… Я теперь стою очень дорого. — Тут миллионер буквально надулся от гордости. — Я сделал целое состояние!
— Это я и так знаю, — холодно отозвалась Дерика. — Но какое это имеет отношение ко мне?
— Я к этому и подхожу… Я арендовал Грандж у вашего отца не потому, что хочу там жить, а лишь для того, чтобы помочь ему.
Я плачу ему фантастическую аренду, на которую он, собственно, и живет.
— Вы не имеете права так говорить, — покраснев, заявила его собеседница. — В конце концов, речь о моем отце! То, что вы вместе были в Южной Африке, не дает вам право оскорблять его.
Миллионер застыл.
— А я смотрю, вы девушка упрямая, — одобрительно сказал он. — О, мне это нравится!
— С вашего позволения, — сказала Дерика с сарказмом, встав со скамейки.
