Корпорация "Русь"

В какой‑то мере. Ведь в их глазах христианский правитель отражает натиск какой‑то дикой языческой орды. Да, подданные Георгия в их понимании были еретиками. Но они прекрасно понимали, что язычники не станут разбираться — who is who. Просто убьют всех. Ибо наслышаны были об их художествах, не обольщаясь особенно. Поэтому, в этой тишине и прозвучал вопрос Рихарда:

— А почему половцы не должны штурмовать?

— Дети степи, — пожал плечами Георгий. — Они вообще большую часть жизни проводят в степи и чувствуют себя в городах очень некомфортно.

Полагаю, что если их потренировать — то вполне смогут. Другой вопрос, что вряд ли их кто‑то тренировал — времени на то не было и места. А им самим такое без надобности. Они таким не интересуются.

— Как же они тогда города Рязани да Владимира брали?

— Мастера из далекой Империи Сун, что служат монголам, ставили пороки. Те ломали стены на большом участке. А дети степи в этот пролом врывались всей толпой и задавливали числом. Большинство из них — вчерашние общинники.

Все что они умеют хорошо — это верхом ездить, да скот пасти. Воины из них никакие. Да и воинского имущества нет. Одно копье со щитом, сделанным на скорую руку.

— Загонной охотой балуются, — ответил вместо князя Иван. — Там без копья ничего не сделаешь. Но вы вблизи потом посмотрите — не копья, а слезы. Много всякого мусора и обломков. Хороших наконечников нужно поискать, но встречаются.

— Если они рушили иные стены, то почему же ваша стена выстояла? — Удивился Рихард. — Ведь она тоже деревянная.

— Верно, деревянная. — Кивнул Валентин. — Только устроена иначе. Здесь никто так не строит. У нас ведь за тыном стоит опорный сруб, забитый землей. Такое просто так не сковырнешь. Кроме того, мы используем нагели и скобы, дабы жестко скреплять и фиксировать бревна. Как на кораблях. Из‑за чего при попадании камней бревна не играют, не прыгают. В той же Рязани да Владимире стены осыпались. Бревна целые, а стена рассыпалась из‑за того, что деревяшки просто так лежат, придавленные своим весом.

Их после обстрела вполне можно собрать обратно, восстановить стену. Но кто же даст?

— Я полагаю, — подал голос француз после слегка затянувшейся паузы, — язычники снова на приступ пойдут.

— Я тоже так думаю, — хмуро кивнул Георгий. — Все мы слышали стук топоров. Там что‑то страшнее лестниц будет. Долго уж возятся. Но кто их надоумил?

— Тот, кто привык к таким войнам, — философски ответил Рихард. — У них есть мастера из Империи Сун.