Корпорация "Русь"

Хан предлагает тебе покориться. Ему нравятся смелые и удачливые командиры.

— Ты же помнишь — у меня долг крови.

— Ты искупил его, убив многие тысячи наших воинов. Там, под Москвой.

— Это все, что ты хотел мне сказать?

— Хан дарует тебе прощение и службу. Это очень ценный подарок. Редкий воин его заслуживал. Но ты все равно будешь драться?

— Anan por‑ghal, — произнес князь, твердо смотря в глаза Берке.

— Ты так уверен в победе? — Удивился тот. — Ты же умрешь!

— Я… я был рад знакомству с тобой, — после затянувшейся паузы произнес брат хана Бату и, кивнув Георгию на прощание, направился обратно.

А князь к себе.

Хан тянуть не стал и властным махом руки отправил в атаку полный тумен общинников — десять тысяч легких кавалеристов. Степное ополчение. Стеганый халат, легкое копье и щит. Ничего серьезного, но их много! Бату прекрасно понимал, что такое пехота с копьями наперевес. Слышал от своих китайских советников. Но даже они скептически оценивали устойчивость столь жидкого строя. Поэтому хан не сомневался — тумен сомнет центр и завязнет в рукопашной схватке.

Заодно и кавалеристов противника вынудит выступить.

Это была жертва, но вполне осознанная, да и, по большому счету несерьезная — общинников он всегда считал лишь расходным материалом.

Волна всадников на приземистых, мохнатых лошадках накатывала медленно, но неумолимо. И бойцы щитовых рот изрядно мандражировали. Мягко говоря. Но стояли, чувствуя у себя за спиной стрелков, а впереди — очень неприятные для кавалерии заграждения.

Рогатки были довольно невысокие, то есть, при желании их можно было перепрыгнуть на лошади. Но не на каждой и не всегда. Остальные же имели все шансы продолжить бег с выпущенными наружу кишками. На что и был расчет — чтобы попытались, захотели сходу форсировать преграду, выглядевшую со стороны довольно скромно.

Князь же смотрел на эту степную лаву, неумолимо накатывающую на его позиции, и ждал. Кавалерия обоих флангов была ощутимо смещена назад. Поэтому он не спешил — время и место для разгона у него было.

И вот, после преодоления противником отметки в шестьдесят метров лучные роты дали первый залп.

'Бам!' — И тысяча стрел поднялась в воздух.

Не прошло и шести секунд, как раздался новый залп, поднявший следующую тысячу стрел.

Лучники и лучницы дальше работали с точность метронома, поднимая в небо по залпу каждые шесть секунд, смешивая боевые порядки и фактически стопоря наметившийся разбег.

Десять тысяч стрел ушло по противнику. Много мимо.